В гостях у Марка Десадова

 

Dear Visitors: this is a Russian BDSM forum. All of non-Russian messages will be removed, except for links to other BDSM-sites

Написать письмо Марку
Cайт обновлен 12 октября 2018 года
Всё для прогулок по ссылкам отсюда - в Порнософте

Achtung! Dies ist ein russischsprachiges BDSM-Forum. Anderssprachige Beitraege werden entfernt, ausser BDSM-Links

Запрещены: детское порно, рассуждения на эту тему, мат, спам, клоны, несанкционированная коммерция, оскорбления, национальные и религиозные разборки

Повесть о Бешеной Лисе

Тут авторы публикуют свои новые вещи (в т.ч. незавершенные), идет их обсуждение

Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 04 сен 2012, 18:04

-------
Последний раз редактировалось wolsung 24 янв 2017, 08:30, всего редактировалось 6 раз(а).
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 04 сен 2012, 18:05

От автора :

Все действующие лица на момент потери девственности – совершеннолетние.
При написании рассказа никто не пострадал.

=============================================

Повесть о Бешеной Лисе.

Мы знаем, что так было всегда.
Что судьбою больше любим -
Кто живёт по законам другим,
И кому умирать молодым.
Он не помнит слова “Да” и слова “Нет”.
Он не помнит ни чинов, ни имён.
И способен дотянуться до звёзд,
Не считая, что это сон,
И упасть опалённым звездой
По имени Солнце.

В. Цой.



I. Принцесса

Пролог

Она родилась принцессой в стране под названием Вейл, самом южном из семи королевств Чёрного Круга. Её полное имя было Гильде Франгур, что значит “Золотая Лиса”. Но обычно её звали просто Франхи – “Лисичка”.

Родители Франхи погибли в нелепой междоусобице, когда ей было семь лет.
Власть в королевстве передавалась по женской линии, но Франхи была ещё слишком мала, чтобы её унаследовать. Трон заняла младшая сестра её матери, женщина жестокая и взбалмошная. Племянницу она не жаловала. Все понимали, что жить эта девочка с зелёными глазами и огненно-рыжими волосами будет до тех пор, пока у новой королевы не подрастет своя дочь, а потом её ждёт яд в бокале или кинжал в спину. Но пока что детей у государыни не было, а трону нужна была наследница.

Маленькую принцессу взял на воспитание дальний родственник, барон Ивар тол-Хокурай. Вояка и дуэлянт, покоритель женских сердец, друг отца Франхи и, по слухам, любовник её матери - теперь он попал в немилость и жил в своём родовом замке в провинциальной глуши. Свои дни он скрашивал охотой, пьянством с соседями-дворянами и сексом с податливыми деревенскими девками.

Барон был вдовцом. У него было два сына – Элгар, ровесник принцессы, и Ивар-младший, на два года старше. Без женской руки в доме (служанки не в счёт), барон воспитывал девочку, как умел – то есть как воина. Вместе с его сыновьями Франхи с детства училась всему, что положено будущим рыцарям : сражаться с оружием и без него, скакать на коне, плавать, охотиться …

Играли баронские дети вместе с детьми слуг, солдат и окрестных крестьян - такие же чумазые, босоногие и почти такие же оборванные. Во всех детских проказах они были заводилами. Барон это приветствовал : господин должен во всём быть первым. Но при случае и наказывал строже, чем остальных : с господина спрос больше, чем со слуги. Так что с ремнём, розгами, а став постарше - и с плетью Франхи была знакома не понаслышке. Но разве бояться боли достойно воина ? Она и не боялась. Она понимала : за всё в этом мире надо платить.


Первый раз

Девственность Франхи потеряла, как только вошла в подходящий для этого возраст, и никогда об этом не жалела. Её первым мужчиной был двадцатилетний Лиин, сын кузнеца, а брачным альковом – сеновал у него во дворе. Это был красивый, уверенный в себе и для своего возраста очень сильный парень. Юной девушке он казался уже совсем взрослым. Все молодые служаночки и деревенские девчонки сохли по нему, а многие уже успели сойтись с ним поближе и наперебой расхваливали его таланты в постели. Конечно, и юная госпожа не могла остаться в стороне. В своём кругу общения она твёрдо уяснила следующие вещи :

- Заниматься сексом хорошо.
- Все воины занимаются сексом при любом удобном случае.
- Все девушки занимаются сексом с удовольствием, хотя иногда зачем-то перед этим ломаются.

Франхи считала себя воином и, когда деревенский Аполлон предложил ей ночью прийти на сеновал, ломаться не стала. Сословные различия её не смущали. Сыновья барона вовсю таскали в постель крестьянских девок, а она чем хуже? Так что вечером принцесса выскользнула из замка – стража пропустила её без вопросов – и отправилась навстречу незнакомым пока удовольствиям. Для такого торжественного случая Франхи надела новое ярко-розовое платье. Хотела надеть к нему и сандалии, но решила, что на своё первое любовное свидание романтичнее будет прийти босой.

Тускло горела свеча, накрытая стеклянным колпаком. Свежее сено, на ощупь похожее на шёлк, ласкало босые ноги и одуряюще пахло. Внизу живота у девочки сладко замирало и пульсировало, как будто туда опустилось её сердце. Сын кузнеца был страстен и немного грубоват. Он без лишних слов прижал принцессу к себе так крепко, что девочка аж задохнулась, и впился губами в её губы. Она неумело, но страстно ответила. Франхи вспомнила, чему учила её служаночка, её ровесница, которая недавно начала целоваться “по-взрослому” : “Засунь язык ему в рот и проведи изнутри по зубам…”, и пыталась сделать сразу всё, чему научилась. Тем временем парень развязывал тесёмки на её одежде.

Девочка без сопротивления позволила снять с себя платье. Ей было интересно и чуть-чуть стыдно. Франхи и раньше случалось быть обнажённой перед парнями : в их краях мальчишки и девчонки купаются вместе, а иногда и просто играют нагишом. Но ведь одно дело – раздеться догола, чтобы залезть в воду, и совсем другое – знать, что тебя вот прямо сейчас трахнут ! Как это будет ? Говорят, больно … Девчонка отступила на шаг и прижалась спиной к стене. Она задыхалась, как после долгого бега, сердце билось часто-часто, глаза блестели. Она чувствовала себя такой голой, такой уязвимой, такой беззащитной ! Сын кузнеца бесстыдно рассматривал её ничем не прикрытое тело. Он тоже разделся, его член грозно торчал вперёд. Потом, получив опыт в любовных делах, Франхи поняла, что член у него был довольно средних размеров, но тогда он показался ей просто огромным. Неужели ВОТ ЭТО сейчас войдёт в неё ?!!!

Лиин повалил девчонку на мягкую недавно скошенную траву. Она, не сопротивляясь, сама раздвинула ножки. Между ними было совсем-совсем мокро. Она почти ничего не делала – просто не представляла, что ей нужно делать, - и предоставила сыну кузнеца полную свободу действий. А он обращался с принцессой так, как привык с молоденькими прачками и пастушками. Когда он, навалившись сверху всем телом, властно вошёл в неё, разорвав последнюю преграду, Франхи закричала. Это было так больно, как будто его член был сделан из раскалённого железа – и в то же время неописуемо приятно. Юноша не обратил внимания на её крик и продолжал двигаться у неё внутри сильно и размеренно. “Терпи”, - шептал он, - “В первый раз всегда больно, зато потом будет сладко” ! Франхи виляла бёдрами, не то пытаясь уйти от мучившего её члена, не то ещё сильнее надеваясь на него. Девочке всё это время было больно, что не помешало ей быстро и бурно достичь вершины наслаждения. Парень же продолжал ещё минут двадцать. Когда он пролился в неё, Франхи снова была очень возбуждена.

Теперь, утолив первый голод, Лиин никуда не торопился. Он целовал её дрожащее от возбуждения тело от глаз до пальцев ног, тискал совсем ещё маленькие грудки, гладил низ живота … Это было божественно ! Когда он пальцами зачерпнул у неё между ног смесь спермы и её выделений и размазал ей по лицу, Франхи кончила второй раз. “Сделай так ещё”, - попросила она. Он повторил и на этот раз дал ей облизать пальцы. Вкус девочке понравился, а ещё больше понравилось само ощущение. От того, что ей приходилось делать, Франхи чувствовала себя… тогда она не знала, как это назвать, а впоследствии называла “как последняя шлюха” - немного боли, немного унижения, немного стыда и очень-очень много удовольствия.

- Подними его, - показал Лиин на свой член.
- Как ?
- Возьми в рот и соси, как леденец.

Франхи была готова уже на всё и принялась старательно сосать. С удивлением и удовольствием она чувствовала, как член у неё во рту с каждой секундой увеличивается в размерах и твердеет. Когда он стал совсем твёрдым, Лиин усадил девчонку на себя верхом и приказал скакать, как на лошади…

* * *

Первая ночь любви, которая так славно началась, закончилась неудачно. Принцессу хватились в замке и начали поиски. Когда разъярённый барон с двумя слугами ворвался в их убежище, Франхи сидела на сыне кузнеца сверху и как раз приближалась к очередному оргазму. Барон за волосы стащил её с мальчишки и голую, перепачканную в крови и сперме, выволок во двор. Лиин мрачно плёлся следом.

Разбирательство было недолгим. Барон без лишних разговоров привязал Франхи к ближайшей яблоне и достал из-за пояса плеть. Он хлестал “дочку” без жалости, намного более жестоко, чем ей доставалось когда-либо раньше. Каждый взмах плети оставлял на спине девочки быстро набухающую красным полосу.

Франхи, которая так и не кончила, была не в том состоянии, чтобы испугаться плётки. Нельзя сказать, что она в тот момент не чувствовала боли – ещё как чувствовала ! Но сейчас любое прикосновение к её телу, даже прикосновение хлыста, было ей безумно приятно. Она прижалась грудью к шершавой коре и без единого стона, только тяжело дыша, принимала град сыпавшихся на неё ударов. Ивар избивал её и говорил всё, что о ней думает :

- Шлюха ! – хлесь ! – Маленькая дрянь ! – хлесь ! – Тебе ещё в куклы играть – хлесь ! – А ты – хлесь ! – трахаешься по сеновалам – хлесь ! – со всякой швалью ! – хлесь ! – И ладно бы – хлесь ! – с кем-нибудь приличным ! – хлесь ! – А то – хлесь ! – с каким-то – хлесь ! –задрипанным – хлесь ! – мужиком !

Франхи слушала его, и ей ни капли не было обидно. Она была согласна с каждым словом : “Пусть я шлюха. Что с того ? Я шлюха, и это хорошо ! Я трахаюсь с кем попало. И буду трахаться. Потому что мне это нравится. А меня за это будут пороть. И правильно. Так и надо. Потому что за всё в этом мире надо платить. А за удовольствие надо платить - болью !”

Франхи вдруг стало очень весело и она расхохоталась. Она смеялась всё время, пока барон полосовал её тело и осыпал ругательствами. Так продолжалось минут двадцать. Когда это закончилось, всё тело девочки от плеч до колен было покрыто кровавыми рубцами.

С тех пор грань между болью и удовольствием, и без того тонкая, для Гильде Франгур перестала существовать окончательно и навсегда. Позже, запертая в своей спальне, она голая каталась по полу, с наслаждением ощущая иссечённой спиной грубые доски, и исступлённо ласкала себя, раз за разом доходя до оргазма.

- Ну а с тобой что делать ? – притомившись, Ивар повернулся к неудачливому любовнику. Голый парень был перепуган до колик, но пытался не подать виду. - Ты понимаешь, щенок, что сотворил ? Гильде Франгур – принцесса. ПРИН-ЦЕС-СА ! А не птичница, чтобы её по углам валять ! Ты понимаешь, что за такое головы рубят ?

- А чё, - мальчишка храбрился, - Принцесса ничуть не хуже птичницы будет. Делайте что хотите. У меня шкура, чай, не тоньше, чем у баронской дочки.

- Шкура у тебя толще в два раза, поэтому получишь в два раза больше.

Пожав плечами, парень не торопясь пошёл к яблоне, от которой отвязывали всё ещё хихикающую окровавленную Франхи.

Сыну кузнеца крупно повезло. Барон не был злым человеком. Он не хотел настраивать подданных против себя. К тому же он, сам известный бабник, не считал то, что произошло, особым несчастьем. А первый, самый яростный, гнев он уже сорвал на Франхи. Так что парень, который вполне мог остаться без головы или без того, что пониже, отделался всего лишь поркой. Мальчишка это прекрасно понимал и принял положенную ему порцию плетей почти с облегчением.

Парня барон сам пороть не стал, доверив наказание слугам. Его били ещё сильнее, чем Франхи, но Лиин не издал ни звука. Он искусал себе все губы в кровь, сдерживая крик. Но после того, как девчонка на три года младше его хохотала под плетью, он лопнул бы от стыда, если бы издал хоть один стон. Днём ему досталось ещё и от отца, едва ли не сильнее, чем от господина. За то, что так подставился, а ещё сильнее – за зажжённую свечу на сеновале. Но, когда следующей ночью Франхи снова пришла к нему, они вновь занимались любовью.

Авторитет Франхи среди деревенских подростков с этих пор взлетел до небес. Взрослые же стали ещё больше уважать барона, сумевшего и проявить строгость, и остаться при этом милостивым господином.

Познакомившись с радостями секса, принцесса быстро вошла во вкус. Она побывала в постелях и молодых крестьян, и солдат, и, конечно же, обоих своих названных братьев.
Теперь она старалась быть осторожнее и больше не попадаться, но это получалось не всегда. Барон поначалу сёк её вместе с её парнями, когда ловил “на горячем”, но со временем махнул на любовные похождения приёмной дочери рукой.

* * *

Шли дни, складываясь в недели и месяцы. Пока Франхи училась владеть оружием и соблазняла деревенских парней, у королевы подрастала собственная дочь. Когда ей было 7 лет, а Франхи – 18, тётушка решила, что взрослеющая принцесса становится слишком опасной. , тётушка решила, что принцесса становится слишком опасной. И вот однажды в замок Хокурай прибыл королевский посланец с требованием доставить принцессу ко двору. Ивар отказался её выдать.

Следующее королевское послание пришло в сопровождении двух тысяч воинов.
Но Франхи в замке уже не было, не было и в окрестностях. Она как будто растворилась в воздухе.

Казалось бы, принцесса – не иголка, чтобы вот так незаметно исчезнуть.
Зато может незаметно исчезнуть бродячая жрица Элур, богини любви - иначе говоря, странствующая проститутка. Тысячи таких девушек ходят по всем Семи Королевствам – кто по обету, кто просто в поисках приключений. Среди них встречаются и дочери цеховых мастеров, и купцов, и даже дворянки – перед богиней все равны.
Попробуй, найди среди них принцессу !

Изображение
Последний раз редактировалось wolsung 24 янв 2017, 08:17, всего редактировалось 5 раз(а).
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 04 сен 2012, 18:12

Интерлюдия.

(Немного о мире, в котором происходит действие).


О народе, именуемом элладринами, их вере и обычаях
(отрывок из книги “Путешествие на Запад” Ай-Наиля, купца и учёного мужа из Кадрума).


К северу от Империи, гордо именующей себя Вселенской, живёт народ, именуемый элладринами. Слово это с одного древнего диалекта переводится как “народ холмов”, а с другого – “народ меча”.
Единого государства у них нет и никогда не было. Элладрины постоянно враждуют меж собой, их страны то делятся на части, то объединяются. Сейчас государств у них семь, потому все их земли вместе называют Семь Королевств. Самые сильные из них – Онстор на юге и Ильмар на севере. Ильмар, впрочем, даже не королевство, а республика, где правят деловые люди и купцы. Все эти государства объединены в военный союз, именуемый Чёрным Кругом. Во время больших внешних войн их распри на время прекращаются, но потом немедля вспыхивают вновь.
Владения этого народа простираются на тысячи миль. На севере и западе их земли омывает море, на востоке они граничат с Великой Степью, на северо-востоке с лесными варварами, а на юге - с Империей. Чёрный Круг и Империя всегда были и остаются друг для друга неспокойными и опасными соседями. Ни одно из семи королевств в одиночку не справится с Империей, но все вместе они могут сравниться с ней и по силе, и по занимаемой земле, и по числу живущих там людей.

О нравах

Элладрины считают, что плотская любовь угодна богам. Поэтому и в замках сеньоров, и в городах, и в деревнях царит откровенный и неприкрытый разврат. Всё, что у нас разумно скрыто за стенами гаремов, в Семи Королевствах выставляется напоказ.

Женщины и девушки там свободно разгуливают по улицам даже без сопровождения мужчин. Одежда их женщин не столько скрывает, сколько показывает тело. Они не только никогда не закрывают лиц, но в тёплое время года бесстыдно обнажают ноги до колен и выше, руки до самых плеч, не носят головных уборов. Единственная одежда их простолюдинок летом – короткое платье, которое у нас не сошло бы и за рубашку, да иногда деревянные сандалии на ногах. Знать и горожанки носят одежду подлиннее, зато грудь открывают почти до сосков. Самое удивительное – то, что сами они не видят в таких нарядах ничего постыдного !

Девственность они не ценят ни в грош и теряют задолго до свадьбы. Обычное дело, если девушка выходит замуж беременной. В таких случаях муж всегда признаёт ребёнка своим, даже если тот на него вовсе не похож.
Не считаются у них большим грехом и изменить мужу или жене. Некоторые говорят, что элладрины вообще лишены ревности. Это, конечно, не так. Как и везде, у них случаются ссоры и драки из-за женщин, а у людей благородных – дуэли. Но ревность у них считается низким чувством и служит вечным предметом для злых шуток и насмешек. При всём этом, пороть или иным образом наказывать жён за измену – дело обычное.

Связь между двумя женщинами настолько обычна, что её даже не считают за супружескую измену. Связь же между мужчинами считается недостойным делом, хотя есть любители и этого порока.

Города изобилуют проститутками - храмовыми и свободными, которые одеваются ещё более откровенно, чем все прочие, а порой и вовсе ходят нагими. Девушки эти весьма дружелюбны, искусны в любви и по большей части красивы. Из-за изобилия доступных женщин, их услуги в Семи Королевствах стоят весьма дёшево, что советую принять к сведению всем путешественникам…

О богах

Элладрины поклоняются множеству больших и малых богов. Как все языческие боги, они требуют жертв. Самая желанная жертва для них – то удовольствие, которое люди испытывают во время секса, и человеческая боль. Элладрины считают, что жизнь и смерть, боль и удовольствие - неразрывно связаны, как две стороны одной монеты.
Каждый раз, занимаясь любовью, люди радуют богов. Причём чем бесстыднее и извращённее – тем лучше. А если обставить дело нужными обрядами или совокупиться с жрицей, секс становится полноценным жертвоприношением.
Точно так же человек служит богам, добровольно принимая боль и унижения. Высшим силам больше по нраву страдания женщин, чем мужчин. Как правило, чтобы принести в жертву боль, обходятся обычной поркой, более или менее жестокой. Но вообще-то пытки могут быть любыми, при соблюдении трёх обязательных условий : не убивать, не калечить и не уродовать жертву. Есть и четвёртое условие – такая жертва должна быть добровольной. Просто издеваясь над пленницей, рабыней или даже своей женой, умилостивить богов нельзя.

Одна из верхрвных богинь Чёрного Круга – Фольмагур, или Мать-Земля. У Матери-Земли нет ни храмов, ни служителей. Любое возделанное поле - её святилище, каждый пахарь – жрец. У крестьян есть масса обрядов в честь этой богини, часто весьма непристойных. Почитают также и её мужа, Хорна, Отца-Солнце. Некогда Хорн считался властелином войны, но в наши дни ему поклоняются больше как богу плодородия.

Самое почитаемое божество в Семи Королевствах - Тианут, богиня смерти, войны и боли, покровительница воинов. Тианут (а само это имя означает “Смерть”) единственная из всех богов принимает в жертву жизни людей. Говорят, в старые времена на её алтарях рекой лилась кровь. Но это было давно. Сейчас такие жертвоприношения очень редки. Лишь иногда, во время особо жестоких войн, в жертву ей приносят пленных. В её мрачных храмах жрицы и паломницы подвергаются всевозможным пыткам и жестоким изнасилованиям. Для этого в храмах достаточно инструментов и приспособлений, которым позавидовал бы и королевский палач. Как ни странно, от девушек, желающих принести в жертву свою боль, в святилищах Смерти никогда не бывает отбоя.

Очень почитают также Элур, богиню любви, разврата и удовольствий …
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 04 сен 2012, 18:14

II. Шлюха

Мне бы бродить по земле в оборванном плаще да с дырявой сумой !
Мне бы молиться богам и грезить любовью, а не войной !
Мне бы коня отпустить,
Врагов и друзей простить !

Тэм Гринхилл.



1. Жрица

Элур, богиня любви и наслаждений, любит шлюх. В каждом городе при её храмах есть публичные дома и жрицы-проститутки. Есть приюты для девочек-сирот, из которых с детства воспитывают самых искусных и утончённых куртизанок. Да и вообще все блудницы, проститутки, платные и бесплатные шлюхи находятся под покровительством этой развратной богини.
Но больше всего знамениты странствующие жрицы Элур. Это самые похотливые, самые бесстыдные, самые развратные публичные девки в Семи Королевствах. От них не требуется ни особого искусства, ни каких-либо умений. Только молодость, красота и желание доставлять удовольствие мужчинам, богине, а если получится – заодно и себе.
Среди них встречаются и дочери цеховых мастеров, и купцов, и даже дворянки – перед богиней все равны !

Они отдаются всем желающим, мужчинам или женщинам, в любое время и в любом месте, и позволяют делать с собой абсолютно всё. Самая низкопробная проститутка может отказать клиенту, если его желания ей не по нраву. Жрица - не может. Имени у них, как правило, не спрашивают – к жрицам принято обращаться просто “шлюха” или “сучка”.
Бродячие жрицы почти всегда ходят голыми. Они не имеют права носить никакую одежду и обувь, кроме одного только плаща из некрашеной шерсти для защиты от непогоды. Они нигде не задерживаются надолго - им запрещено оставаться на одном месте больше трёх дней. У них не должно быть никакого имущества, которое нельзя унести в перемётной суме. Они могут брать плату за свои услуги, но сколько заплатить и платить ли вообще – определяет сам клиент. Поэтому девушкам нередко приходится отдаваться за еду и ночлег, а то и вовсе бесплатно.

Странствующая жрица - не просто шлюха. Заняться с ней любовью - не только удовольствие, каждый раз это жертва богине. Элур милостива и не требует от своих служанок боли – ей милее удовольствие и наслаждение. Но не все люди это понимают. Так что жриц позволено бить, унижать, издеваться над ними. Всё это они должны принимать с благодарностью.
Одной из таких девушек и стала Франхи, когда ей не исполнилось ещё и девятнадцати лет.

* * *

Уже сорок дней Франхи бродила по дорогам и тропам Вейла. Жизнь шлюхи ей нравилась. Нравились новые земли, новые люди, непрерывный разврат и ощущение бесконечной свободы. Она повидала крестьянские хижины и усадьбы сеньоров, лачуги городских бедняков-“беспорточников” и купеческие особняки, постоялые дворы и трактиры. Приютить на ночь доступную девку и позабавиться с ней были рады везде. Каждую ночь она проводила с новым мужчиной, и как правило не с одним.

На внутренней стороне бедра Франхи алел знак жрицы. Это было выжженное калёным железом и подкрашенное киноварью клеймо размером с пол-ладони в виде крылатой нагой девушки – самой богини Элур. Это клеймо да пышные рыжие волосы составляли всю одежду Франхи. Она даже разрешённого жрицам плаща не стала брать – летом он только лишняя обуза. Возможность – и обязанность – всюду ходить голой и босой приводила её в экстаз. Франхи казалось, что сам Хорн, Отец-Солнце, ласкает её ничем не прикрытое тело своими лучами, а богиня Фольмагур, Мать-Земля, с каждым прикосновением дарит ей часть своей силы.

Жрице часто приходится подставлять спину под плеть, но и это не смущало беглую принцессу. Боль и удовольствие для неё всегда были двумя сторонами одной монеты.

Путь Франхи лежал на север, в соседнее государство Онстор, подальше от тётушки-королевы. Там принцесса собиралась осесть, получить деньги от своего приёмного отца и купить небольшое поместье. Но не слишком скоро – ей не хотелось оставлять такую жизнь.
Последний раз редактировалось wolsung 24 янв 2017, 08:18, всего редактировалось 3 раз(а).
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 04 сен 2012, 18:18

2. Будни служанки богов.

Франхи лежала животом на грубой деревянной скамье, её золотистое от загара тело было вытянуто в струнку. Двое полуголых деревенских мужиков с двух сторон хлестали её вожжами. Ещё несколько человек ждали своей очереди или просто смотрели, как лупят голую девку. Франхи терпела молча и неподвижно. Лишь вздрагивала при каждом ударе её раскрасневшаяся спина, да напрягались и снова расслаблялись пальцы босых ног. Палачи и зрители всё больше и больше распалялись. Каждому хотелось поучаствовать в избиении шлюхи, вожжи переходили из рук в руки, удары становились всё сильнее…

Франхи начала ёрзать на лавке и тихонько постанывать. Исхлёстанная спина, задница, ноги горели. Взмокшая щёлка между ног тоже горела – от желания. Франхи очень хотелось получить член туда. И ещё один – в рот. Спереди к ней подскочила девчонка в рваном холщовом сарафанчике – совсем пигалица, лет одиннадцати - и ткнула ей в лицо голую ножку : «Лижи !» Это был не член, конечно, но тоже очень неплохо ! Франхи с удовольствием взяла в рот её растопыренные пальчики, не знавшие обуви ; немного пососала их, прошлась между пальцев язычком. Вскоре девочку оттолкнули в сторону, наградив шлепком по заднице – мала ещё в такие игры играть ! Её место заняла девица постарше, ровесница Франхи, которая вцепилась ей в волосы и отвесила звонкую пощёчину. “Ещё…” – выдохнула рыжая жрица. Та ударила ещё и ещё раз. Больно ! Рука у деревенской девки была тяжёлая. “Шлюха ! Шлюха !” – шипела она при каждом ударе…

В последних нескольких деревнях, через которые прошла Франхи, народ был довольно странный. Бедный – понятно. Хотя земля здесь намного лучше, чем в предгорьях, где правил род Хокурай… Но не только бедный. Зашуганный какой-то. Мрачные взгляды, согнутые спины, опущенные к земле глаза. Никто не улыбался. Говорили мало, о чём-то шептались по углам. На вопросы старались не отвечать. Про лорда своего вообще молчали, будто воды в рот набрав, хотя обычно крестьяне всегда рады перемыть косточки господину. Боятся они её, что ли ? Франхи казалось, что она кожей ощущает тоску, страх, подавленность здешних жителей. Всеобщее уныние передавалось и ей.
Да что там говорить - даже любовью они занимались как будто по обязанности ! Ни тебе разнузданных оргий, которые так нравились Франхи, ни особой нежности. Сунул, вынул, дальше пошёл – даже обидно. Разве для такого ходят по городам и весям служанки пресветлой Элур ?!

Так что на порку она напросилась сама. Проведя ночь в очередной крохотной деревушке с двуми угрюмыми братьями, она сама предложила им на прощание как следует выдрать шлюху. Чего Франхи не ожидала – так это того, что пороть её будут всей деревней. Да ещё с такой злобой – как будто наказывают её за что-то или вымещают давнюю обиду…


Доступность Франхи, её готовность принять любые издевательства наконец-то раззадорила здешних жителей. Робких крестьян словно подменили. Мужчины по очереди пороли её, женщины драли за волосы, за уши, хлестали по щекам. “Получай, шлюха !” “Так её !” “Мужики, всыпьте ей как следует !” - подбадривали они своих мужей.

Наконец один из мужиков отбросил вожжи в сторону, заставил Франхи приподнять красный от порки, зад и с размаху засадил в него своё орудие. Кто это был, девчонка не видела, да и всё равно никого из местных в лицо не знала. Жезл у мужика был немаленький. Несмотря на возбуждение, принимать его было больно. Он драл шлюху в задницу с такой силой, как будто сваи вбивал. Пороть Франхи пока перестали – мешал навалившийся ей на спину крестьянин. Но она по-прежнему кричала, уже больше от удовольствия, чем от боли.

“В рот её, в рот !” – взвизгнула какая-то тощая девка. Тут же один из стоявших рядом парней – кудрявый, довольно миловидный - спустил штаны, ухватил Франхи за волосы и грубо сунул член ей в рот : “Соси, сучка !”. Как давно Франхи этого ждала ! Она яростно сосала, а с другой стороны её продолжали долбить в задницу. Парень был очень возбуждён и продержался недолго. Уже через пару минут рот Франхи наполнился его спермой. Она честно попыталась всё проглотить, но спермы было просто море, и по подбородку шлюхи потекла тонкая белёсая струйка. В следующий миг в её оттраханный рот проник ещё один крестьянин, чуть постарше. Он задвинул свой член ей прямо в глотку, на всю длину, так что девчонка чуть не задохнулась. Парень заставил Франхи приподняться на локтях и больно стиснул в ладонях её груди. Не ослабляя хватки, он дёргал шлюшку за грудь взад и вперёд, задавая темп. Франхи в такт его движениям заглатывала член. Время от времени крестьянин вынимал его изо рта Франхи и бил её членом по щекам. “В глаза мне смотри, шлюха !” – приказал он. Франхи смотрела и улыбалась. Кончил он ей на лицо, залив спермой глаза. Одновременно поток семени хлынул и в её задницу.

Франхи подняли на четвереньки. Наконец-то ей вставили член и между ног ! Только почувствовав там мужской жезл, она с криком кончила – первый, но не последний раз за это утро. На её оргазм никто не обратил внимания. Её продолжали грубо трахать во все дыры, сменяя друг друга. Во рту снова был член. Девчонка только с трудом проморгалась, как в глаза ей брызнул новый заряд семени. Женский голос : “Так, залей ей зенки !”. Сперма стекает по лицу. Пощёчина. Новый оргазм…

… Кто-то пальцами широко раздвинул половые губы стоящей на четвереньках Франхи, показывая всем её растянутую розовую пещерку, полную спермы. Другой ткнул туда лицом свою жену со словами : “Лижи её ! Лижи шлюху, в которую кончают все подряд !”

Молодая женщина с явным удовольствием заработала языком. Франхи, которую в этот момент хлестали по лицу крапивой, выгнулась от наслаждения….

Она обслужила всё население деревни – с десяток взрослых мужчин и подростков и примерно столько же женщин. Ревности, зависти, стыду в этот день не было места - сегодня здесь правила Элур, богиня разврата. Люди, не стыдясь, сбрасывали с себя одежду. Мужья совокуплялись с Франхи на глазах у жён, а за ними и жёны без стеснения садились доступной для всех шлюхе на забрызганное спермой лицо. Франхи была довольна. Это было то, ради чего она и стала жрицей – не секс, даже не просто оргия, а жертвоприношение.

Для этого и нужны бродячие жрицы, храмовые проститутки и прочие доступные девки. Франхи, как громоотвод, собрала всё зло, разлитое в воздухе, приняла его на себя – и на какое-то время стало легче дышать. Ненадолго, конечно – ведь шлюха пришла и ушла, а все проблемы местных жителей, о которых они не хотят распространяться, остались.

* * *

Жрицу проводили, как дорогую гостью. Денег, правда, не дали – лишних грошей у крестьян не водилось. Зато насовали полную торбу всякой снеди – ранних овощей, копчёной рыбы, объёмистую фляжку домашнего вина …

Франхи продолжила свой путь на север. Через сотню шагов её догнала босоногая молодая женщина – кто-то из тех, кто с таким удовольствием мучил её.

- Ты хорошая девочка, - сказала крестьянка, - и я хочу дать тебе добрый совет. В семи милях отсюда на этой дороге стоит замок. Обойди его подальше, нечего тебе там делать.
- А что там такое ? – поинтересовалась Франхи.
- Да барон наш, славный тол-Арето… - невнятно пробормотала женщина и, оставив жрицу в недоумении, поспешила прочь.

* * *

Порка и последовавшая за ней оргия взбодрили Франхи. В приподнятом настроении молодая жрица продолжила свой путь на север, мимо цветущих лугов, оливковых рощ и ещё зелёных пшеничных полей. Прекрасная земля, благодатная земля ! Спина Франхи болела – крови не было, зато уж синяки останутся наверняка. Ей нравилась такая боль. Впереди, на вершине холма, как ей и говорили, маячил замок из тёмно-серого камня. К нему Франхи и направилась. Что там посоветовала та крестьяночка – держаться от замка подальше ? Вот ещё ! Даже любопытно посмотреть, что там может быть такого страшного !

* * *

Сзади послышался шум шагов и сбивчивое дыхание бегущих людей. Франхи оглянулась. Её догоняла лёгкая двухколёсная повозка с резными деревянными бортами. Вместо лошади в неё были запряжены обнажённые юноша и девушка, ровесники Франхи или чуть помладше. Они явно устали – видать, тащить повозку им пришлось издалека. Их босые ноги были в пыли, по голым телам градом струился пот. Девчонка была стройной блондинкой, по-крестьянски крепкой и сильной, с довольно большой для её возраста высокой грудью. Её лобок, как и у самой Франхи, был гладко выбрит. Парень был похож на неё и сложением, и светлыми волосами, и чертами лица - родственник, что ли ? Хотя в маленьких деревнях все более или менее родственники. Длинные волосы девушки были распущены, парень, как принято у простонародья, коротко острижен. Его довольно длинный член смешно болтался в такт шагам, как маятник. Правила колесницей ещё одна девчонка, того же возраста. Если крестьянка, запряжённая в повозку, была просто симпатична, то эта девушка – по-настоящему красива. Её лицо с правильными тонкими чертами озаряла ангельская улыбка, большие тёмно-серые глаза ярко блестели. Короткое платье бордового узорного шёлка не столько скрывало, сколько подчёркивало точёную фигурку. В косы, чёрные как вороново крыло, вплетены красные с золотом ленты. Одной рукой девушка держалась за бортик повозки, в другой был длинный кучерской кнут, которым она то и дело хлестала по голым спинам запряжённых в повозку “лошадок”.

- Эй, шлюха ! – крикнула наездница, поравнявшись с Франхи. Голос её звенел, как серебряный колокольчик. - Двигай за нами, будет весело !

Отказываться от таких предложений – не в обычаях странствующих жриц. Франхи закинула свою сумку в повозку и побежала рядом. Бежать налегке, нагишом, было приятно. И совсем не тяжело - во время воинского обучения Франхи пришлось немало побегать, причём с оружием и в доспехах.

- А что будет-то ? – на бегу спросила она.

- Во владениях нашего барона всем крестьянским девкам целку ломает господин. А эта сучка – наездница с силой хлестнула блондинку наискось по спине – не дотерпела. Дала, представляешь, родному брату. Так что теперь будем их наказывать, обоих. Высечем, понятно. Девку по кругу пустим, с парнем тоже придумаем, что ещё сделать.

То, что сейчас этой парочке ни за что ни про что выпишут сотню-другую плетей, а девчонку ещё и изнасилуют, Франхи ничуть не беспокоило. Наоборот, она и сама с удовольствием на это посмотрит. Пороть крестьян за мелкие провинности, а то и просто для забавы - дело обычное. Как угодно трахать деревенских девок - тоже природное право господина. Судьба у них такая – доставлять другим удовольствие, а самим страдать. Франхи прекрасно понимала, что её за компанию тоже поимеют и высекут, и это её вполне устраивало.

- Заодно и тебе достанется. – словно прочитала её мысли черноволосая красотка. - Боишься боли ?

- Не боюсь. Я жрица, мне по уставу не положено.

- Сейчас проверим, - она хлестнула на этот раз саму Франхи. – Глянь-ка, точно не боишься !

- А кто ваш барон ? - на удар жрица не обратила внимания.

- Айтар тол-Арето, слыхала про такого ? Вон, впереди его замок. А я Энитур, его дочь. Можешь называть меня Нитти.

Пока добрались до замка, даже тренированная Франхи успела запыхаться. Подростки, запряжённые в колесницу, вообще едва волочили ноги. Франхи, ухватившись за ремень упряжи, пыталась как могла им помогать. Энитур чем дальше, тем сильнее хлестала своим кнутом уже всех троих.

Замок был одновременно красив и мрачен. Его зубчатые стены взлетали над вершиной холма на добрый десяток человеческих ростов, над ними возвышалась массивная башня-донжон, ворота прикрывала ещё одна башенка, поменьше. Такую крепость два-три десятка человек могут месяцами оборонять от целого войска. Под стенами виднелись ряды белых палаток.

- А это что – военный лагерь ? – поинтересовалась Франхи.

- Он самый. На юге неспокойно. Империя стягивает войска к нашим границам. Государыня тоже усиливает гарнизоны южных крепостей. В этих палатках - сотня наёмников, которых должен выставить мой отец. Через несколько дней они отправятся на юг. А пока многие из них хорошенько развлекутся вот с этой сучкой и с тобой, так что готовься !

* * *

Дорога змеилась вверх по крутому склону, тащить по ней повозку было настоящим мучением. Но всё когда-нибудь кончается, и вскоре запряжённый людьми экипаж уже катился мимо жавшихся к стенам солдатских палаток. Лагерь был полон народу. Ярко разодетые наёмники удивлённо разглядывали голых девчонок, свистели вслед, кто-то попытался на бегу хлопнуть Франхи по ляжке.

Наконец сухая земля дороги под ногами сменилась прохладной брусчаткой замкового двора. Повозка остановилась, с брата и сестры сняли упряжь. Они, тяжело дыша, бессильно растянулись прямо на камнях, но к ним тут же подскочила Нитти и пинками заставила обоих встать на колени. Бедняги … Франхи пристроилась рядом с парнем и стала потихоньку массировать ему плечи. Она с любопытством ждала, что будет дальше.

Вокруг было полно народу, почти сплошь мужчины – замковые слуги и всё те же солдаты-наёмники. На обнажённых девушек по-прежнему бесстыдно пялились. Их пока не трогали, только шумно обсуждали и сравнивали их достоинства :

- Ты глянь, какие дойки у этой белобрысой ! Классно такие потискать !

- Эй, сука ! Да, тебе говорю ! Раздвинь шире ножки – пизду плохо видно !

- А мне рыженькая больше нравится.

- У твоей рыжей сисек почти нет. И задница тощая.

- Ты глянь, у ней клеймо ! Кобылка из храмовых конюшен, будь я проклят ! Эти потаскушки знают, как порадовать мужика !

- И что хорошего ? Шлюха – она и есть шлюха. Ей всё до фени – что в рот взять, что персик съесть. А беленькая глянь как смущается ! Такой засадишь – она ещё и плакать будет !

- Под первым не будет, а под десятым точно разревётся, как малое дитё !

- Ничего ты не понимаешь ! Плакать она будет как раз под первым, ну может под вторым. Потом притерпится. А уж десятого уже сама так изнасилует, что он еле уползёт…

И так далее в том же духе. Девок наёмники могли обсуждать бесконечно. Блондиночка чуть не плакала, кусала губы и старалась не смотреть по сторонам. От стыда он была готова провалиться сквозь землю. Пока она, выбиваясь из сил, под ударами кнута тащила повозку, ей было не до стыдливости. Теперь же девчонка полностью осознала, в каком она положении – совершенно голая, среди толпы одетых гогочущих солдафонов… И ведь это только цветочки ! Ведь сюда, в замок известного тирана и насильника, её привели не просто для того, чтобы она покрасовалась нагишом ! Ведь скоро они будут её насиловать… Неужели действительно все ?!! Великие боги, сколько же их !!! По сравнению с этим даже мысль о неизбежной и жестокой порке была не так страшна. Девчонка попыталась было прикрыться руками, но Нитти ей не позволила. Так она и стояла на коленях – раздетая догола, красная от стыда, с выпрямленной спиной, раздвинутыми ногами и бесстыдно торчащими грудями. Её брат изо всех сил делал вид, что ничего не происходит, но ему это тоже не слишком удавалось. Даже Франхи, которая привыкла и к наготе, и к подобным комплиментам в свой адрес, и та засмущалась. В то же время, в отличие от крестьянки, её это заводило. Она продолжала разминать плечи и спину парня, с удовольствием чувствуя под пальцами его сильные мышцы, покрытые гладкой загорелой кожей.

- Спасибо, - немного отдышавшись, поблагодарил он, - Классно делаешь. Меня Лай зовут, а сестрёнку - Лая. Мы близнецы, потому нас и назвали одинаково. Обычай такой… – от страха у мальчишки, похоже, развязался язык. – Ну, девка, ты попала ! Нам-то с сестрой – понятно, деться некуда от своего господина. А ты за каким чёртом с нами увязалась ?

- У меня обет - никому не отказывать. Да и любопытно стало. Тебе-то что ? Меня выдерут – глядишь, и вам с сестрой меньше достанется.

- Вот глупая шлюха ! Любопытно ей ! Беги отсюда, пока не поздно ! Хотя кто тебя выпустит…

- Эй, сучка, кончай болтать, - прервала их разговор Нитти, - Пойдём со мной. Тебя ждёт господин.
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 04 сен 2012, 18:20

3. Лая

День у Лаи не задался с самого начала.

Во-первых, с самого утра, подоив козу, она разлила молоко. Одно неловкое движение – и подойник опрокинулся, а пахучее козье молоко вылилось ей прямо на босые ноги.

Во-вторых, за это Лаю, конечно же, наказали. Посмотрев на пустой подойник и мокрые ноги девчонки, мать обозвала её косорукой дурой и сразу же отправила на улицу за крапивой. Лая рвала голыми руками неподатливые жгучие стебли и кусала губы от обиды. Ведь только вчера вечером ей крепко досталось розгами, задница до сих пор саднит – и на тебе, снова ! Вкалываешь-вкалываешь с утра до вечера, как лошадь, а в награду – каждый божий день то розги, то ремень, то крапива ! И вечером наверняка ещё раз выдерут – в крестьянской семье девочку всегда найдётся за что наказать !

- Ага, спозаранку уже крапивку рвёшь ! – одобрительно усмехнулась проходившая мимо соседка, -Это правильно ! Вас, девок, надо в ежовых рукавицах держать ! Надо будет моей тоже всыпать…

“Смейся, смейся”, - подумала про себя Лая, - “Я ещё не так посмеюсь, когда твой муженёк снова напьётся и будет тебя, как позавчера, по всему селу кнутом гонять !”

Вручив внушительный пук крапивы матери, Лая привычно задрала подол короткого рыжего платьица и нагнулась, обхватив щиколотки руками. Мать лупила её прямо во дворе. Хорошо хоть на улицу не вытащила ! Когда Лая была поменьше, её частенько драли у всех на виду, “чтоб позор был”. Хотя какой там позор – все так делают… Но сейчас Лае уже восемнадцать лет, а в этом возрасте сверкать голым задом уже неприлично. Вот младших сестёр – тех до сих пор иногда сечь за ворота таскают.

Мать всыпала непутёвой дочке от души. Пусть знает, как ноги молоком мыть ! Пока весь пучок крапивы не превратился в лохмотья, во всю силу хлестала её по голой заднице, прямо по следам от вчерашних розог. И ладно бы только по заднице ! Жгучие листья, как Лая ни сжимала ляжки, проникали и между ног ! Рядом сочувственно-злорадно хихикали сёстры. Им хоть и жалко было Лаю, а всё равно приятно посмотреть, когда лупят не тебя !

В общем, во-вторых, Лаю выпороли. Дело, конечно, привычное, но всё равно больно и обидно ! А в-третьих… По сравнению с этим “в-третьих”, все мелкие несчастья деревенской девчонки были сущей ерундой ! Уж лучше бы об Лаин зад измочалили всю крапиву в селе ! Да что там - лучше б её на улице кнутом выдрали ! В-третьих, Лаю пожелала видеть сама Молодая Госпожа.

* * *

Леди Энитур, Молодую Госпожу, в деревнях боялись и ненавидели не меньше, чем её сурового отца. От барона хотя бы было известно, чего ждать. Он жестоко наказывал за любую провинность – но, по крайней мере, всегда было понятно, за что. Нитти же была не такова ! Она могла внезапно примчаться верхом в любую деревню, ткнуть пальцем в первую приглянувшуюся девку или парня и приказать соседям избить её или его палками до полусмерти. Или ещё что похуже сделать. И никто не смел ослушаться взбалмошной девчонки ! Слово господина – закон, жаловаться барону было себе дороже.

Когда госпожа явилась за Лаей, та возилась на грядках, и вид у неё был не лучший. Пока солнце было невысоко, девочка, как положено, щедро полила огород и при этом развела изрядную грязь. Потом принялась за прополку, и теперь её руки и ноги были все перепачканы мокрой землёй. К тому же, зад и щёлка Лаи до сих пор чесались после крапивы. Одета она была всё в то же выгоревшее платье без рукавов, крашеное луковой шелухой в рыжий цвет. Ноги были босы - как и все деревенские девчонки, Лая от снега до снега не носила никакой обуви и не очень понимала, зачем она нужна.

Нитти была одета примерно так же, только её шёлковое платье вышло из рук лучшего портного, поясок был из тиснёной кожи, а на ногах красовались изящные чёрные сандалии. Она правила лёгкой колесницей, запряжённой тонконогой белой лошадкой. Позади на вороном коне гарцевал вооружённый слуга. Рядом, держась рукой за оглоблю, бежал полуголый мальчишка лет десяти – соседский сын.

- Вот она, госпожа… - выдохнул он на бегу.
- Отлично ! Можешь убираться - ты здесь больше не нужен.

Мальчишка, получив на прощание подзатыльник, стрелой припустил прочь – только голые пятки засверкали. Ему, конечно, любопытно было, что будет делать дочь барона с его соседкой. Да за такое любопытство недолго и самому плетей отведать !

- Эй, девка ! Пойди-ка сюда ! Это ты, что ли, не сберегла себя для господина ?

Лая выпрямилась, вытерла пот со лба (на лице остались грязные разводы) и одёрнула подол. Она, конечно, не надеялась сохранить то, что произошло между ней и братом, в тайне. Но и не думала, что новость так быстро дойдёт до господ.

Эх, как выдрал их отец, когда обо всём узнал ! Лая три дня на животе спала. И с тех пор поехало ! Как чуть что – так сразу : Лая, бегом за крапивой ! Лая, тащи ремень ! Но что делать-то ? Как девку не лупи, щёлка от этого обратно не зарастёт. Решили : раз уж так вышло - пусть всё идёт как идёт. Кровосмешение – дело хоть и предосудительное, но вовсе не редкое. А что Лая девственность не уберегла – так не зверь же барон, добавит дурачкам плетей, да и отпустит…

- Что стоишь столбом ? – прикрикнула Нитти на задумавшуюся девчонку, - Бегом сюда, кому сказано !

Лая, осторожно пробираясь между грядками и стараясь ничего не растоптать, поспешила к дороге, где ждала её госпожа. Её голые ноги чуть не по щиколотку утопали в грязи.

- Раздевайся !
- Что ?
- Ты глухая, что ли ? Одёжку снимай !
- Как, прямо здесь ?
- Нет, в столице ! До чего непонятливая сучка ! – госпожа ударила её кнутом по бёдрам, чуть ниже подола.

На соседних делянках тоже копошились люди, и все они сейчас, побросав работу, глазели на Лаю. Жизнь в деревне бедна зрелищами, а тут девку догола раздевают – грех не потаращиться ! Лая дрожащими руками развязала верёвку, служившую ей поясом, и через голову стянула свою единственную одежду.

Не то чтобы она особо стеснялась наготы. Нравы в деревне простые, люди вместе моются, вместе купаются. Детям лет до десяти вообще разрешают сколько угодно бегать голенькими. Взрослые, по обычаю, выходят обнажёнными на главные полевые работы – на сев и жатву, на сенокос и сбор винограда. Ведь каждое из этих дел - не просто работа, а ещё и религиозный обряд. Так что тело Лаи не раз видело солнце и было тронуто загаром, хоть и не таким густым, как лицо и постоянно открытые руки и ноги. Но просто так разгуливать нагишом в деревнях всё же не принято. Лая стояла, смущённо глядя в землю и комкая платье в руках.

- Хороша сучка ! – цокнул языком слуга, с седла разглядывая голую девчонку, - Вон как соски торчат !

- Разделась ? – перебила его Нитти, - Теперь брось его. Что мнёшься ? Кидай прямо в грязь ! И ноги об него вытри как следует – а то на них смотреть противно. Давай, давай ! Да что ты жалеешь эту тряпку ? Она тебе больше не понадобится.

- Госпожа, как же не понадобится ?

Лая, конечно, знала, что визит госпожи для неё добром не закончится. И что её потащат в баронский замок голую, тоже не удивилась - такое было вполне в духе Молодой Госпожи. А ведь по дороге отсюда до замка четыре деревни ! Стыд-то какой ! Но потом ведь одежда всё равно будет нужна !

- А вот так. Ведёшь себя как шлюха – будешь и ходить голая, как шлюха. Я прослежу. И за этим, и за тем, чтобы твой отец не забывал тебя каждый день пороть. Теперь подойди-ка поближе. Посмотрим : может, на тебя наговорили и ты ещё целочка ? Раздвинь ноги ! Джей, проверь её !

Слуга слез с коня и сразу запустил пятерню Лае между ног. Помял нижние губки, больно ущипнул за клитор, потом полез пальцами внутрь. Щёлочка была совсем сухая, и грубые толстые пальцы мужчины проходили туда с большим трудом. Но всё же сначала два, потом три и, наконец четыре пальца пролезли в Лаю до упора! Теперь у неё внутри была почти вся его ладонь, широкая, как лопата ! Девочка пискнула от боли, на глаза навернулись непрошеные слезинки. Она всего два месяца назад лишилась девственности, дырочка у неё была ещё узенькая, и ей казалось, что этот Джей сейчас её просто порвёт пополам ! А он уже пихал в Лаю всю ладонь, но это у него так и не получилось. Четырьмя пальцами баронский слуга шерудил у девчонки внутри, а большим мял горошинку клитора. Каждое его движение отдавалось болью, но, как ни странно, постепенно к этим мучениям добавилось и какое-то болезненное, извращённое удовольствие. От этого нежеланного удовольствия Лае стало ещё больше стыдно. Боги великие ! Неужели она на самом деле такая развратная девка ? Неужели может течь от того, что её раздели догола и бесстыдно тискают на глазах у соседей ?

- Нет, госпожа ! Никакая она не целка. Рука почти целеком пролезает. Настоящая шлюха. Вон как потекла ! – он вытер пальцы о грудь Лаи.

- За это отдельно получит. Развела тут разврат ! Всё, поехали. Беги рядом, сучка ! Отстанешь – пеняй на себя.

* * *
Госпожа хлестнула лошадь, та пошла крупной рысью. Плачущая голая девчонка ухватилась за оглоблю и потрусила рядом. Так она пробежала с полмили – по пыльной дороге мимо огородов, потом по улице родного села. Село было немаленькое – домов сорок. В разгар рабочего дня народу на улицах почти не было, но порой кто-то всё же попадался им навстречу или провожал любопытным взглядом из-за заборов. Повозка остановилась на деревенской площади. Здесь, возле колодца, поставив вёдра на землю, болтали несколько женщин. Завидев госпожу, они хотели было убраться от греха подальше, но Нитти приказала им остаться.

Лая по-прежнему держалась за оглоблю, стараясь отдышаться. Нитти брезгливо оглядела её :

- До чего грязная свинья ! На улице сухо, а ты вся в грязи ! И руки, и ноги, и рожа ! Прямо замарашка какая-то ! Ну-ка набери воды да помойся как следует !

Лая зачерпнула воды из колодца. В первом ведре тщательно вымыла руки и ноги, вторым окатилась с головы до пят.

- Дырку тоже помой ! – приказала Нитти. Лая послушно подмылась у всех на виду.

Пока Лая мылась, спутник госпожи притащил её брата. Нитти тут же заставила раздеться догола и его. Потом приказала слуге :

- Джей, распряги Принцессу и переделай упряжь для этих двоих.

Нитти уже не раз запрягала людей в свою повозку – собственно, она для этого и была предназначена. Поэтому её сбрую можно было легко приспособить как для лошади, так и для двух человек. Это не заняло много времени, и вскоре близнецы уже были запряжены в колесницу. Госпожа щёлкнула кнутом и прокатилась для пробы взад и вперёд по улице.

- Хороши лошадки ! Совсем как настоящие, только подков не хватает. Подковать вас, что ли ? Эй, Лая или как тебя там ! Где у вас в селе кузнец ?

Лаю передёрнуло от страха. У госпожи ведь хватит ума на самом деле им подковы к ногам прибить !

- Что, страшно стало ? Не бойся, дурочка. Подковывать я вас, пожалуй, пока не буду. А то вы меня до замка и к вечеру не довезёте. А вместо этого… Джей, всыпь-ка этой сучке по пяткам !

Лаю заставили лечь на спину прямо в пыль (и зачем только мылась ?) , поднять ноги вверх и немного согнуть в коленях. Свистнула в воздухе плеть, которой до этого Джей погонял коня. Ноги Лаи обожгло, поперёк ступней вздулась первая красная полоса. Потом ещё одна… По середине ступней, по пяткам, по пальцам ! Госпожа наступила сандалией Лае на лицо.

- Бей её сильнее, не жалей ! – подбадривала она слугу. – До крови бей ! Чтоб чувствовала каждую песчинку под ногами. А то у этой деревенщины пятки грубые, как подмётки твоих сапог, ей всё нипочём !

Вот неправда ! Ноги у Лаи были и впрямь закалённые, она могла без труда пройтись и по острым камням, и по колючкам. Но вовсе не грубые ! А от въевшейся грязи Лая не ленилась каждый день чистить их обломком кирпича. Ножки – украшение женщины. Грязные корявые лапы парни целовать не станут ! А Лае ножки целовали с охотой, и не только брат.

Но сейчас их ласкала плеть, и это было очень, очень больно ! Боги великие, да что же это такое ! Что ж её как начали лупить со вчерашнего вечера, так всё никак не прекратят ?!! Когда ж это кончится ! Лая снова расплакалась.

- Что, сладко, сучка ? – издевалась Нитти, - Это тебе не по травке гулять ! Джей, дай-ка сюда плётку, я ей добавлю !

Нитти взялась за дело сама. Лая надеялась, что она будет бить слабее, чем здоровенный мужик, но куда там ! Уж лучше бы Джей продолжал. А ведь с виду такая хрупкая девчонка ! Откуда у неё только силы берутся ?!

Заплаканная Лая сидела в пыли и осторожно гладила свои избитые подошвы. Попыталась лизнуть языком, но не дотянулась. Госпожа тем временем занималась её братом.

* * *

Вскоре близнецы были снова запряжены, как лошадки, и волокли повозку. Бежать с иссечёнными в кровь ногами было тяжело. Каждый шаг отдавался болью. Каждая выбоинка, каждый бугорок сухой земли давал о себе знать. Да ещё Нитти то и дело подгоняла их кнутом, не давая хоть немного замедлить шаг ! Слугу с лошадьми госпожа послала вперёд : несмотря на кнут, сравниться с конями в скорости люди не могли. Они мчались мимо возделанных полей, деревень, виноградников, мимо удивлённо глядящих вслед людей.

У Лаи приключилась новая напасть. Она не справляла нужду с самого утра, и теперь ей чем дальше, тем сильнее хотелось помочиться. Она попросила у госпожи разрешения остановиться и сделать это, но та со смехом ответила :

- Отливай прямо на бегу ! Чего стесняешься ? Ты же лошадь !

Лая ещё какое-то время терпела. Но лучше бы она послушалась госпожу сразу ! Чёртова Нитти дождалась момента, когда они побегут мимо поля, где было полно народу, и несколько раз сильно хлестнула Лаю по низу живота. Девчонка не выдержала и обмочилась прямо у всех на глазах ! Она бежала, а перед ней на землю, прямо под ноги, лилась струя мочи ! Лая пыталась на бегу пошире расставлять ноги, но бесполезно : тёплая струйка всё равно потекла и по ним. От стыда девчонка не знала, куда деться. Оказывается, пробежаться перед всеми голой – это ещё полбеды !

* * *

Если бы на этом унижения Лаи закончились... Как же, держи карман шире !

Стоило последней капле упасть на босые ноги девчонки, Нитти приказала близнецам остановиться и снять с себя упряжь. Они пробежали под палящим солнцем уже шесть или семь миль. Лая взмокла до кончиков волос, бока ходили ходуном, как у настоящей лошади, колени дрожали. Страшно хотелось пить – может, госпожа сжалится и хоть воды даст ?

Не успела Лая порадоваться передышке, как дочь барона ухватила её за волосы и потащила туда, где было побольше народу. Нитти шагала прямо по грядкам, не разбирая дороги и не боясь испачкать сандалии. Кнут она прихватила с собой – значит снова бить будет, всё ей мало ! Голая Лая ковыляла рядом, согнувшись в три погибели – госпожа удерживала её голову на уровне пояса. Вокруг собралось человек десять – мужчины в штанах до колен и холщовых рубахах, босоногие женщины в разноцветных коротких платьях, полуголые подростки.

- Посмотрите на эту зассыху, которая даже до нужника не может дотерпеть ! - Нитти наконец позволила Лае встать во весь рост. - Знаете, кто это ?

Могла бы и не спрашивать. Конечно же, в соседних деревнях все друг друга знают !

- Да вроде Лая, которая из Ключей.
- Дочка Бороды ? И впрямь она !
- Точно ! Она ещё в том году чуть не утонула…

- Назови себя, - приказала Нитти.
- Я Лая… Лая из Ключей.
- За что тебя, суку, запрягли голой в повозку ? Чего молчишь ? Отвечай, когда я спрашиваю ! – Нитти хлестнула её по обнажённым ягодицам.
- За то, что занималась любовью…
- Какая стеснительная шлюшка ! Это у неё теперь ЛЮБОВЬЮ называется ! Да ты знаешь ли, сучка, что такое любовь ?

Нитти была твёрдо уверена, что высокие чувства знакомы только людям благородным. Грязная же деревенщина только спаривается, как собаки во время течки.

- Скажи ещё раз. Говори громче и называй вещи своими именами.
- Меня запрягли в повозку…
- …Суку ! К тебе теперь будут обращаться только так, и так ты сама должна себя называть !
- Меня… суку… запрягли в повозку… - Лая ещё сильнее покраснела
- Голую, как шлюха.
- Меня, суку, голую, как шлюха, запрягли в повозку за то, что я трахалась, - громко и почти без запинок сказала Лая.
- С кем ?
- Со своим братом Лаем…
- Кстати, где он там застрял ? Эй ты, герой-любовник, иди-ка сюда ! Давайте, покажите всем, как вы любите друг друга. Трахни её, ну !
- Но не можем же мы прямо здесь… Мы же не животные… - попытался возразить Лай.
- Можете и сделаете. Запомните, вы оба не в том положении, чтобы ломаться. Делайте всё, что приказано – и, может быть, останетесь живы. МОЖЕТ БЫТЬ, вы меня поняли ?
- Но госпожа…
- Делай, что я сказала, или я её высеку ! – прикрикнула Нитти.

Лай повернулся к сестре. Он ласково обнял её, осторожно погладил расписанную кнутом спину, поцеловал солёное от пота и недавних слёз лицо. Она отвечала – сначала робко, потом всё смелее. Руки и губы девочки точно так же с нежностью скользили по его телу. Мальчишка и девчонка ласкались у всех на глазах, всё больше распаляясь и уже не обращая ни на кого внимания. Вскоре они вовсю целовались в засос, а руки Лаи бесстыдно гладили поднявшееся орудие брата. Девочка опрокинулась прямо в борозду, на ещё влажную землю, и раскинула ножки.

С утра на её долю выпало столько стыда, что хватило бы на целую жизнь. Голая при всех, запряжённая в повозку, обмочившаяся… А теперь её ещё и заставляют трахаться напоказ, как шлюху на ярмарке. Но ведь ей и самой хотелось прямо сейчас заняться любовью, очень хотелось ! Неужели это стыд на неё так действует ? Лая не стала об этом думать.

Лай тоже больше не мог сдерживаться. Он упал на неё сверху, снова впился поцелуем в губы. Девочка обвила его тело ногами, скрестила щиколотки на пояснице. Брат брал её быстро и резко, глубоко вбивая свой член. Лая в такт ему так же торопливо двигала бёдрами. Она, тяжело дыша и постанывая, насаживалась на него сильнее и сильнее. Ах, как это было сладко ! И плевать, что смотрят – пусть завидуют ! Стыдно, говорите ? А вот хрен вам огородный ! Пусть будет стыдно тому, кто её заставил здесь трахаться. И тем, кто смотрит. А Лая уже устала стыдиться. Может же и ей иногда быть просто хорошо !

Но сейчас её никто не собирался стыдить. Не было ни сальных шуточек, ни издевательских советов. Люди, как заворожённые, смотрели, как сплетаются их красивые, загорелые, исхлёстанные в кровь тела.

Вскоре Нитти наскучило смотреть просто так, и она вспомнила про кнут. Внезапно получив удар по бёдрам, Лай вскрикнул и дёрнулся сильнее, ещё глубже вогнав свой жезл в Лаину щёлку. Девчонка чуть не задохнулась от удовольствия. Но через миг она и сама резко дёрнулась брату навстречу – следующий удар пришёлся по её многострадальным ножкам, скрещенным у Лая за спиной. Но даже боль их не охладила. Госпожа хлестала то одного, то другого, а они продолжали всё так же яростно заниматься любовью. Это продолжалось недолго, брат и сестра были слишком возбуждены. Они кончили быстро и почти одновременно.

- Хороши ! - протянула Нитти, поставив обутую ножку Лаю на затылок и ероша ему волосы. - А как ломались ! Мы так не мо-ожем, мы не живо-отные ! Животные вы и есть, тупые похотливые скоты ! Вам лишь бы трахнуться, а там трава не расти. Что, сучка, понравилось, когда на тебя смотрят ? А ведь и впрямь понравилось ! Я и подумать не могла, что ты такая бесстыжая шлюха ! Возьму-ка я тебя к себе девкой для битья. Ходить будешь голой – ну да теперь тебе не привыкать. Пороть тебя станут по многу раз в день, а твоим телом будут пользоваться все слуги в замке и слуги наших гостей. Вот увидишь, такой похотливой давалке, как ты, это придётся по вкусу ! Если отец оставит тебя в живых, конечно. А брата твоего отдадим, пожалуй, в золотари.

- А вы что уставились ? – обратилась она к зрителям, - Посмотрели ? Теперь напоите моих лошадок ! Конечно, лошадей не положено поить после скачки – ну да чёрт с ними.

Откуда-то принесли ведро воды. Какая-то девушка зачерпнула из него берестяным ковшиком и протянула Лаю, игриво улыбнувшись ему и показав розовый язычок.

- Э нет ! – остановила их Нитти, - Животные пьют не так ! Хотите пить - становитесь на четвереньки и лакайте прямо из ведра !

Завидев воду, ни Лая, ни её брат уже не могли думать ни о своём унижении, ни о том, что на них по-прежнему смотрят. Вода в ведре была тёплая и не слишком чистая, но в тот момент обоим казалось, что они никогда не пили ничего вкуснее. Вдоволь напившись и ополоснув лицо, Лая поднялась было на ноги, но вновь получила кнутом :

- Кто вам разрешил вставать ? А ну на колени оба и мордами в землю !

Нитти обошла вокруг близнецов. Ах, хороши ! Замерли в позе покорности. Поротые спины согнуты, светлые волосы разметались по земле. Ягодицы бесстыдно выставлены вверх, как будто в ожидании члена. Ноги раздвинуты, у девки вся щель на виду.

Вот она, власть ! Так и надо обращаться с рабами. Сначала избить, унизить. А потом позволить им чуточку удовольствия, которое они и без неё мастера получать, да дать по глотку воды. И всё, они готовы ноги целовать своей госпоже ! Кстати, почему бы и нет ?

- Лижи, сука ! – она поднесла ногу к лицу Лаи. Девчонка покорно принялась слизывать пыль с её пальцев и с ремешков сандалий. - А ты чего ждёшь ? - И вот брат и сестра уже вдвоём, у всех на виду, лижут её точёную ножку, иногда соприкасаясь языками друг с другом.

- Лижите лучше, собачки ! – подбадривала их Нитти, поворачивая ножку то одной, то другой стороной. - Почистите мне обувь как следует, а то из-за вас я вся перемазалась. Это вы, деревенщина, привыкли босиком грязь месить, а у госпожи ноги должны быть чистыми ! И про подмётку не забудьте !

Лая её не слушала. Когда их языки в очередной раз встретились, она глубоко поцеловала брата в перепачканные землёй губы.

* * *

И снова подгоняемые кнутом близнецы бежали, волоча колесницу. Когда дорога шла с горки, тащить её становилось полегче, а в гору – вообще хоть помирай. На небе по-прежнему не было ни облачка, солнце жарило нещадно. Справа, за безлюдным скошенным лугом, зеленела роща. Раскидистые сосны манили тенью, и госпожа приказала сворачивать туда.

Тащить чёртову телегу по бездорожью было ещё тяжелее. Колёса то и дело застревали, проваливались в какие-то ямы. Близнецы поневоле перешли на шаг. Они выбивались из сил, Нитти без устали стегала их по бокам кнутом, но безуспешно – экипаж еле тащился. Да ещё эта чёртова трава !!! Пробежаться босиком по скошенной траве или по стерне Лая всегда считала за удовольствие. Но с иссечёнными в кровь ногами оно превратилось в настоящую пытку ! Жёсткие колкие стебли впивались в израненные подошвы, как иголки.

Остановились на опушке, в тени раскидистых сосен. Дальше повозке хода не было, Нитти спрыгнула в траву.

- Ну что, лошадки ? Сами натрахались вволю, теперь моя очередь получить немного удовольствия. Зря я, что ли, Джея отослала ? На колени оба и ползите сюда !

Нитти сбросила платье и прислонилась спиной к борту колесницы. Теперь на ней остались только сандалии, красные с золотом ленты в чёрных косичках да тонкий золотой браслет на руке. Без одежды дочь барона была ещё прекраснее ! Стройная как тростинка, гибкая как ивовая веточка, с кожей цвета тёмного мёда, она как будто купалась в солнечных лучах. Даже Лая, которая сегодня по горло натерпелась от госпожи, залюбовалась ею. А у её брата вообще чуть слюнки не потекли.

Нитти взяла Лая за волосы и ткнула лицом себе в промежность :

- Давай, раб, поработай языком ! А ты, сучка, смотри, как твой братец другую лижет !

Никакими рабами Лай с Лаей, конечно, не были – здесь вам не Империя, рабства нет. Но Нитти привыкла относиться к своим подданным именно так.

* * *

Лай вылизывал щёлку баронской дочки, и это ему нравилось. Какая сладкая девка ! Мокрая, похотливая, жаркая… И красивая, чертовка. Такую ласкать – одно удовольствие ! Он чувствовал наслаждение Нитти, и ему было хорошо вместе с ней.

Его член давно был снова готов к бою. Не будь рядом сестры, Лай плюнул бы на всё да и завалил эту хренову госпожу прямо здесь. Уж он сумел бы доставить сучке удовольствие, показать, на что способен настоящий, сильный деревенский мужик ! Конечно, сначала она будет для виду кричать и сопротивляться, зато потом… Лай уже чувствовал, как Нитти подаётся бёдрами ему навстречу, как, не замечая боли, елозит нежной спиной по колючим травяным иголочкам, как её ногти до крови впиваются в плечи, а губы жадно ищут его рот… А потом с ней, вымотанной, счастливой, уставшей от наслаждения, и договориться будет легче.

Но не насиловать же госпожу прямо при Лае !

* * *

Нитти словно читала мысли парня. Хочет изнасиловать ? Что ж, пусть попробует ! Заставить раба отлизать – одно дело. Но чтобы самой отдаться грязному деревенскому мужику ? Фу, как пошло ! Рабы должны дарить удовольствие хозяевам, а не наоборот.

Так что изнасиловать себя Нитти не позволит. Её отец, славный и опытный воин, кое-чему научил дочку. В том числе некоторым приёмам, которыми не пользуются в деревенских драках. Дочь барона была уверена, что ненадолго сумеет вырубить этого увальня голыми руками, а там – в повозке у неё найдётся и меч. Нитти ещё ни разу не пришлось им воспользоваться, хотя она была бы и не прочь. Зарубить не просто безответную скотинку, а настоящего мятежника… это было бы здорово ! Но куда там ! Кишка тонка у мужичья поднять руку на дочь барона тол-Арето. Дураку ведь ясно, что за такое придётся отвечать всей семье. В общем, опасным она Лая не считала, но даже призрак опасности будоражил ей кровь.

Энитур тол-Арето от всей души презирала крестьян. Презирала и никогда их не боялась – ни тех, что ковыряются в земле и навозе, ни тех, что похватали луки и гордо называют себя разбойниками. Первые для неё всегда были лишь бессловесной скотиной, вторых она привыкла видеть на виселице. Нитти знала, что её не любят, но без опаски ездила по деревням в одиночку или в сопровождении одного-двух слуг. Конечно же, восемнадцатилетняя девчонка играла с огнём. Она переоценивала свои силы и могла за это жестоко поплатиться. Но боги любят храбрых, и до сих пор они были милостивы к Нитти.

Так рискнёт, не рискнёт ? Нет, не рискнул. Трус, как и вся деревенщина !

* * *

“Смотри”, - приказали Лае, и она смотрела. Смотрела, как брат вылизывал стройные бёдра и гладкий, без единого волоска, лобок госпожи. Как он наконец добрался до её аккуратной щёлочки и прямо-таки впился в неё губами. Что творит там его язык она, конечно, видеть не могла, но представляла, как хорошо сейчас госпоже – знала по себе.

Никакой ревности Лая не испытывала. Брат не раз спал с её подружками, да и сама Лая с тех пор, как потеряла девственность, успела позаниматься любовью кое с кем из парней. И брат, и сестра воспринимали это как должное и никогда не ревновали друг друга.

Из задумчивости её вывела Нитти, ударив по щеке.

- Что уставилась, сучка ? Нравится, да ? Нашла себе развлечение ? Вот тебе за это !

Госпожа ударила Лаю по губам. Потом ещё раз, прямо по глазам – Лая едва успела зажмуриться.

- Глаза открой, дрянь ! И не отворачивайся !

Пощёчины посыпались на Лаю градом :

- Вот тебе ! Сука ! Дрянь ! Грязная деревенская шлюха !

Всё время, пока Лай самозабвенно лизал, Нитти хлестала его сестру по лицу и осыпала оскорблениями. Девчонке было не столько больно, сколько обидно. За что ? Что она такого сделала, чтобы над ней так издеваться ? Через несколько минут, когда щёки Лаи раскраснелись и горели, а на глазах показались слезинки, Нитти остановилась и потребовала :

- Благодари меня !
- Спасибо, госпожа… - покорно прошептала заплаканная девочка.
- За что спасибо ?
- За то, что отхлестали меня…
- …Суку ! Не забывай !
- Спасибо за то, что отхлестали меня, суку, по щекам…
- Руку целуй, дрянь !

Лая поцеловала ей пальцы и ещё раз получила по губам. Вот же послали боги госпожу ! Мало ей боли, мало унижений ! Теперь ей надо, чтобы Лая сама просила над ней издеваться да ещё спасибо говорила ! Лаю сукой называет, а сама-то ! Собака настоящая, злющая ! Её на цепи бы держать, чтоб папашин замок охраняла – любой враг на милю подойти побоится !

Госпожа оттолкнула парня, влепила ему первую пощёчину и притянула к себе Лаю.

- Ни черта не умеешь, раб ! Теперь ты, сучка ! Приходилось девок лизать ?

Лае приходилось. Все её подружки это пробовали – ну и она тоже. Лизать девчонкам щёлки ей не особо нравилось, но и противно не было. Конечно, ласкать Нитти после всех издевательств ей вовсе не хотелось, да кто ж её спросит ? Госпожа в своём праве. Ладно хоть бить перестала. И гадости про себя говорить не надо – рот занят. Так что пусть теперь Лай отдувается.

Щёлка у Нитти была ярко-розовая, мокрая и горячая. Лая несколько раз провела вдоль неё языком – от клитора до самой задней дырочки и обратно. Никакого вкуса она не почувствовала – его там не было, как не бывает вкуса у чистой воды. Девчонка облизала каждую складочку, поласкала языком клитор, самый его кончик. Самой Лае больше всего нравилось, когда её лижут вот так – прямо по самому чувствительному месту… Но у Нитти, видно, были другие вкусы :

- Глубже, сука !

Лая просунула язык в самую глубину и стала двигать им взад и вперёд, как членом. Так обычно делают парни. Им кажется, что чем глубже залезешь, тем девчонке приятнее. Это понравилось Нитти больше, она застонала и стала двигаться навстречу Лаиному языку. Лая и сама опять начала заводиться от того, что делала. Она лизала, потом тёрлась о мокрую промежность лицом, потом снова лизала… До тех пор, пока госпожа не оттолкнула её, снова несколько раз ударив по сырым от её выделений щекам :

- Много чести для тебя, сука, щёлку тебе давать ! Лижи лучше задницу.

Нитти повернулась к ней спиной, облокотилась на повозку руками и выставила худые ягодицы.
Лая пальцами развела их в стороны. Она скользнула языком между полушариями, прошлась вверх и вниз, потом нашла дырочку и проникла туда. Лая протиснула язык сквозь тугое колечко мышц и засунула его так же глубоко, как до этого в щёлку. Лизать задницу оказалось не так противно, как Лая боялась : госпожа была чисто подмыта.

Её брата пока оставили в покое, и он просто сидел на земле и смотрел на прекрасную картину. Не каждый день увидишь такое ! Две девчонки, одна другой краше. Одна, с чёрными косами, стоит в развратной позе, раздвинув ноги и похотливо выгнув стройную спинку. Другая - с распущенными волосами цвета пшеницы, со следами кнута на загорелой коже, опустилась на колени, прильнув губами к её заду.

Нитти стонала, сыпала оскорблениями, двигала ягодицами навстречу языку Лаи и, наконец, с громким криком кончила. Она вновь повернулась к близнецам лицом и подозвала обоих к себе.
Лая подумала, что госпожа хочет получить ещё один оргазм, и была готова продолжать. Но вместо этого прямо ей в лицо хлынула горячая жёлтая струя. Нитти мочилась им обоим прямо в лицо – сначала ей, а потом и Лаю.

- Вот так ! Поняли теперь, чего вы стоите, рабы ? Не отворачивай рожу, сука ! И рот открой !

Моча стекала у них по лицам, по плечам, по груди, волосы намокли от неё. Всё возбуждение Лаи мигом пропало. Да и у брата исчез блеск в глазах и член обмяк.

Нитти была довольна. Вот так с ними надо ! Скот должен знать своё место. Удовольствия – привилегия господ. А таких, как этот Лай и его сестра, после того, как кинули им подачку, нужно обязательно макать рожей в грязь. Иначе возгордятся, почувствуют себя почти людьми.

- Всё, лошадки, - сказала она, одеваясь. - Тут в лесу есть ручей – помойтесь оба как следует, а то от вас за милю мочой воняет. Ты, сучка, подмыться не забудь. С тебя, дуры, станется припереться в замок со спермой внутри. И поехали дальше. Запомните : если кто проболтается отцу, что мы здесь делали – прикончу обоих.

* * *

Такой вот у Лаи выдался день. Теперь, в полдень, она стоит на коленях рядом со шлюхой, сама голая как шлюха, и её, как последнюю шлюху, обсуждает подвыпившая солдатня. Казалось бы, после всего, что сегодня с ней было, стыдиться Лае уже и нечего – должна бы уже попривыкнуть. Да всё равно щёки горят, а на глаза наворачиваются слёзы. И ведь это только начало !
Последний раз редактировалось wolsung 24 янв 2017, 08:20, всего редактировалось 2 раз(а).
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 04 сен 2012, 18:24

4. Лорд Айтар

В первый раз Айтар тол-Арето убил женщину давно, очень давно.

В те времена ему было семнадцать лет. Тогда двуногий скот восстал против своих природных хозяев, и юный Айтар, только что посвящённый в рыцари, был среди тех, кто давил бунт.

После изнурительного перехода, после тяжёлой многочасовой битвы, в которой пришлось драться по колено в крови, армия королевы зубами вырвала у судьбы победу. Бунтовщики держались долго. Они дрались с крестьянским упорством, но куда тупому мужичью против рыцарской конницы ! Упало в грязь огромное белое знамя - страшное знамя мятежа с ликом Тианут Избавительницы. Вожаки восстания со свитой дали дёру, и королевские войска ворвались в лагерь мятежников.

Резня была страшная. Рыцари и их слуги не щадили никого. Айтар не отставал от других. Он видел, что творят мятежники в захваченных замках, и не чувствовал к ним никакой жалости. Молодой рыцарь был пьян от крови. Его белая накидка сплошь покрылась красно-бурыми брызгами ; в крови было всё – и оружие, и доспехи, и одежда.

Айтар поймал какую-то девку. Стояла поздняя осень, грязь приморозило, с неба сыпался мелкий колючий снежок. А она была босиком, в застиранном летнем платье. Девка вопила, что не мятежница, что была у бунтовщиков в плену. Айтар не слушал. Все они так говорят, когда запахнет жареным, а потом норовят сунуть нож в спину ! Рыцарь рванул обноски у неё на груди и ударил в лицо стальной перчаткой, опрокидывая в снег. Может быть, в другое время он счёл бы сучку даже красивой, как бывает красив неприметный полевой цветок. Но тогда эта подстилка бунтовщиков показалась ему отвратительной. У неё были большие, как вымя молочной коровы, груди, и волосы цвета грязной соломы. Давно не бритый лобок зарос колючей щетиной. Она смешно дёргалась под ним и всё время плакала. Девка была омерзительна и после, когда валялась в грязи у его ног - голая, грязная, окровавленная.

Айтар убивал её долго. У него не было никаких инструментов для пыток, но рыцарь прекрасно обошёлся голыми руками. Он чувствовал, как медленно, по капле, уходит из этой суки жизнь.

И с восторгом ощущал, как с каждым хрипом девки, с каждым ударом одетого в сталь кулака приливает и разгорается в его крови – неведомая ранее СИЛА. Когда сука сдохла, Айтар был переполнен энергией, как кипящий котёл. Будто и не было страшной усталости последних дней ! Он был готов проскакать верхом сотню миль, забраться на замковую стену, сразиться с дюжиной врагов !

Потом были другие войны, другие замученные девки. Их крики и мольбы о пощаде звучали для Айтара музыкой. Их слёзы и кровь были чище бриллиантов и рубинов.

* * *

Лорд Айтар всегда любил причинять сукам боль, но не это было для него главным. Ведь что такое боль ? Об иную девку палку изломаешь – а она и не поморщится, а то ещё и кончить ухитрится. Разве это наслаждение ? Нет, настоящее удовольствие может дать только настоящее страдание ! Страдание не только тела, но и души. И барон знал тысячу способов заставить любую суку мучиться по-настоящему. Заставить её погрузиться в океан страха, отвращения, стыда.

Деревенские девки более выносливы и толстокожи, чем те коровы, которых они доят по утрам. Дворянки закованы в броню собственной гордости. Шлюхи настолько привычны к унижениям, что даже не замечают их. Но Айтар мог найти подход к любой. Каждая рано или поздно ломалась, как сухая ветка, каждая делилась с ним жизненной силой. Вот это действительно было прекрасно - крепче вина, сильнее конопляного дыма, слаще ночи с женщиной !

* * *

С годами он многое понял, познакомился с мудрыми людьми, учился у чёрных магов, которым отдал немало денег. Он узнал, что насиловать, пытать и убивать всех этих сук не просто приятно. Что это путь к высшей силе, высшей власти, а если очень постараться - то и к бессмертию.

Об этом было написано в истлевших древних книгах на полузабытых языках. Об этом говорили выцветшие надписи на стенах подземных гробниц далеко в восточных степях – гробниц, выложенных человеческими черепами, где когда-то проводились чудовищные ритуалы. Об этом осторожно, шёпотом рассказывали неброско одетые чернокнижники, за которыми охотилась храмовая стража. Об этом вопил на дыбе, истекая кровью, пленный шаман с обезображенным ритуальными шрамами лицом. Не только боги могут черпать силу из человеческой боли, страданий и смерти. Это доступно и людям. Не всем, конечно – для этого нужен особый дар. У Айтара этот дар был.

Барон тол-Арето был рыцарем, он много раз смотрел смерти в лицо и не боялся её. Но “не бояться” – ещё не значит “хотеть”. Умирать Айтар не собирался. Поэтому в тридцать лет он отрёкся от богов и присягнул другим силам – более древним и более мрачным, чем сама Тианут. Силам, которые могут дать ему бессмертие. Служить этим силам было приятно. Они не требовали ничего – ничего такого, что Айтар не сделал бы и так. И в отличие от глупых, одряхлевших богов Чёрного Круга, не признавали никаких ограничений.

Настоящим магом Айтар так и не стал, хотя и пытался. Даже зажечь свечу заклинанием он так ни разу и не смог. Возможно, потому что его Сила была не из тех, что зажигает свечи, а из тех, что гасит. Но кое-чего барон всё же достиг. Например, он почти не старел - выглядел лет на десять моложе своих сорока с лишним лет. А ещё он стал совершенно неуязвим для магии. Не одному колдуну встреча с ним стоила головы – и волшба знаменитых магов ничего не могла сделать против Айтарова меча.

* * *

С каждым годом барон всё больше приближался к желанной цели, его могущество росло. Он становился всё ближе к богам. Вместе с Силой росли и её потребности – ему приходилось всё чаще убивать.

Недостатка в жертвах у Айтара не было никогда – не даром же он родился дворянином, хозяином многих сотен двуногих животных ! Несколько раз в году в окрестностях его замка пропадали девушки. Иногда через несколько недель люди находили их изувеченные трупы, иногда они исчезали бесследно. Чаще всего это были сироты, о которых никто не будет особо беспокоиться, дочери бедняков и тому подобная шушера.
И уж конечно, бродячая шлюха, которая по глупости забрела в замок Арето, не могла надеяться выйти из него живой.



Продолжение следует.
Последний раз редактировалось wolsung 05 сен 2012, 00:37, всего редактировалось 1 раз.
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 04 сен 2012, 18:27

Этот небольшой рассказ не имеет прямого отношения к сюжету “Бешеной Лисы”.
Его действие происходит в том же мире, за некоторое время до описанных событий.


=======================================

Рыцарь на белом коне.

Золото - хозяйке, серебро - слуге,
Медный грош - бродячей всякой мелюзге.
На пьянку для солдата, на бархат для вельмож
Холодное железо добывает медный грош.

Тисовые запоры - богатым сундукам.
Прогнившие заборы - усталым беднякам.
Когда высоки стены, когда крепки врата
Холодное железо отворяет города.

Красотки-куртизанки - придворным петухам.
Смешливые крестьянки - немытым пастухам.
Красавицу-принцессу на ложе уложить
Холодное железо позволяет заманить.

И яд в вине кровавом для графов и вельмож.
Бродяге-менестрелю - под ребра ржавый нож.
В скитаньях и сраженьях земную жизни нить
Холодное железо позволяет сохранить.

Алмазы и рубины - владыкам и царям.
Лохмотья и дубины - простым золотарям.
На золотые троны в сиянии свечей
Холодное железо производит королей !

Лишь хладное железо властвует над всем !
Холодное железо - решенье всех проблем !
И лишь когда получишь пять дюймов стали в грудь,
Холодное железо позволяет отдохнуть.

"Льдинка"



- Госпожа, госпожа ! Посмотрите, как красиво ! Как будто тысячи ромашек разом расцвели ! Или посреди лета снег выпал !

- Ах, Энни ! – обмахнулась веером леди. – Упаси нас всех Тианут от такой красоты. Уж лучше б, действительно, летом выпал снег !

Они стояли на верхнем ярусе надвратной башни, под самой крышей – обе госпожи, старшая и младшая, сотник замковой стражи, а с ними Энни, семнадцатилетняя служанка. Склоны холма и впрямь были все в белых пятнах. Но то был не снег и не цветы - белые одежды и белые знамёна войска, обложившего крепость. Те из осаждавших, у кого нашлись доспехи, надели поверх них белые балахоны, остальные были в простых льняных рубахах. Кругом был белый цвет – цвет чистоты и свободы. Символ мятежа.

- Ничего они нам не сделают, - ухмыльнулся в чёрные усы сотник. – В замке двести воинов. Двести ! И припасов на полгода. Без катапульт и осадных башен им нас не взять. Это мужичьё может топтаться внизу хоть до зимы.

К воротам приблизилось несколько всадников в белом. У одного из них в руках была оливковая ветвь парламентёра. Другой трижды протрубил в рог.

- Брат Табитар хочет говорить с вашим лордом ! – прокричал тот, что с веткой. - Всем, кто сложит оружие без боя, он обещает жизнь и свободу !

- Да кто он такой этот Табитар ? – спросила молодая госпожа. – Откуда он взялся на наши головы ?

- Представь себе, он дворянин, - ответила ей мать. - Шушера из мелкопоместных. Раньше наёмничал, а теперь примкнул к мятежникам и умудрился выбиться в вожаки.

- Лорд не будет разговаривать с разбойниками, воюющими против своей королевы ! – крикнул со стены сотник.

- Мы не разбойники, мы – Воинство Света ! Мы не воюем с королевой, мы просим у неё справедливости ! Мы поднялись только против лордов и господ…

- Пошли отсюда. Нечего болтать с этими… - госпожа не подобрала подходящего слова.

Господа спустились вниз по лестнице. Энни, прихватив складной стульчик, на котором сидела леди, поспешила за ними.

* * *

Энни не понимала, как это можно – подняться против лордов, и кому такое может прийти в голову. Для неё господа были всем. Они вытащили её из грязи и нищеты, сделали человеком.

Ведь кем она была до того, как попала в замок ? Падчерица в большой крестьянской семье, деревенская замарашка. Ласки у приёмных родителей на её долю не хватало, зато тумаки и подзатыльники сыпались как из рога изобилия. И, конечно же, Энни всегда доставалась самая тяжёлая и грязная работа, с какой она только могла справиться по возрасту. Другая бы на её месте озлобилась или превратилась в забитую серую мышку. Но Энни всегда верила в лучшее, мечтала о несбыточном. Она мечтала, что однажды приедет рыцарь на белом коне и заберёт её из опостылевшей прокопченной хижины, от вечно орущей мачехи и угрюмого отчима, в свой прекрасный замок. Все над ней смеялись. Но боги милостивы, они слышат наши молитвы, и однажды так и произошло.

Тогда Энни было десять или одиннадцать лет. В начале осени отчим взял её в город на ярмарку, корзины таскать. Энни что-то рассыпала, отчим прямо при всех сорвал с неё набедренную повязку и взялся за ремень. Он порол её долго, больно и, что самое обидное, на глазах у целой толпы народу. Потом Энни сидела голая в пыли и плакала навзрыд, ничего вокруг не замечая. И вдруг рядом разделся приятный женский голос :

- Смотри, какая милая зверушка ! Её отмыть да приодеть – неплохая выйдет служанка для Айри !

Энни подняла заплаканные глаза и увидела сидевшую верхом даму в красивом бирюзовом платье с жемчугом. Это была на самом деле знатная леди ! В неё чёрных волосах сверкала золотая диадема с крупным, в цвет одежды, аквамарином ; тяжёлые серьги оттягивали мочки ушей ; руки обвивали изящные золотые же браслеты-змейки. А рядом с дамой, на белом коне, восседал рыцарь. Он был уже немолод. На рыцаре был расшитый шнурами зелёный камзол, на рукавах позвякивали бубенцы. Из-под шапочки с пером выбивалась седеющая косица. С пояса свисал длинный, оправленный в золото меч.

- Эй, девочка, почему ты плачешь ? – спросил рыцарь, - Где твой отец ?

Не прошло и часа, как Энни купили за три золотых. Отчим был только рад избавиться от лишнего рта.

Девочке казалось, что она попала в сказку. Конечно, в замке ей тоже бездельничать не приходилось, работы у служанки всегда было вдоволь. И розгами – “розочками”, как в шутку называла их Энни - доставалось частенько, порой даже посильнее, чем от отчима. Ну и что ? Зато теперь у неё всегда было вдоволь вкусной еды, она спала не на соломе, а на мягком тюфяке, носила красивую одежду, медные украшения, а зимой – добротные тёплые башмаки. А самое главное – никто целыми днями не стоял над душой, не понукал, не издевался. Приказали – сделала. Провинилась – наказали – прощена. Энни считалась рабыней, ведь её купили за деньги, но чувствовала себя более свободной, чем когда-либо раньше.

Когда Энни подросла, она стала настоящей красавицей. Её густые русые волосы блестели на солнце, бёдра стали шире, груди налились соком и стали похожи на два крупных розовых яблока, увенчанных тёмно-коричневыми ягодками сосков. Время от времени господин стал брать её к себе в постель. Как же это было прекрасно ! Энни было хорошо с господином каждый раз. Даже когда перед тем, как опрокинуть её на медвежью шкуру, лорд брался за плеть. Никто из слуг, даже самые сильные и красивые парни, не шёл с ним ни в какое сравнение. Любила ли она лорда ? Конечно, нет – кто она такая, чтобы любить такого человека ! Но Энни всегда чувствовала к нему благодарность и глубокое уважение.

Старшая госпожа, конечно же, знала, что её муж спит с симпатичной служаночкой. Но кто же станет ревновать к рабыне, живой игрушке ? На то её и держат.

* * *

У входа в башню двое конюхов привязывали к столбу для порки раздетую догола служанку. Это была Тали - худенькая черноволосая девушка, недавно взятая из деревни. Рабыней она не была, семья получала за её службу жалование. С Энни они сразу сдружились. Поначалу новая служанка была весёлой и жизнерадостной, но быстро сникла – жизнь дворовой девки пришлась ей не по нутру. Энни пыталась как могла её поддерживать и утешать, но подружка всё равно ходила грустная, всё время с тоской вспоминала родную деревню и часто плакала. Особенно когда приходилось отведать “розочек”. А чем сильнее Тали грустила, тем больше у неё всё валилось из рук, и тем чаще её наказывали.

- Тали, опять ты здесь ? – хихикнула молодая леди, - Что на этот раз ?

- Жёлтую вазу разбила…

- Вот же косорукая ! И сколько тебе должны за это всыпать ?

- Пятьдесят плетей, госпожа, - всхлипнула Тали.

- Маловато за жёлтую-то вазу. Добавьте ей от меня ещё десяток. И пусть до вечера ходит голая, чтобы все видели, что она наказана.

Изображение


* * *

Вечером Тали лежала на животе на своей лежанке и тихонько всхлипывала. Обнажённая стройная девушка была на диво хороша. Даже следы порки на смуглой коже не портили её, а только делали ещё красивее. Энни разделась и на четвереньках подползла к подруге, стала целовать её заплаканное лицо, тонкую шейку, иссеченные плечи.

Она медленно водила языком вдоль оставленных плетью рубцов – сначала по плечам, потом по спине, потом ещё ниже. Облизав все шестьдесят малиновых полос, язык Энни проник в расщелину между ягодиц подружки. Тали перестала хныкать и приподняла круглую попку, давая ей простор для действий. Прошло совсем немного времени, и девчонка застонала уже совсем по-другому.

- Вот так вот, - поцеловала её Энни в губы, - И не плачь больше, моя хорошая. Подумаешь, высекли – беда какая !

- Поражаюсь я тебе, Энни, - сказала подружка. – Как ты здесь живёшь с этими, блин, господами ? И ведь всё тебе как с гуся вода !

Ох уж эта Тали ! Послушать её, так жизнь крестьянки – просто рай на земле. Или была бы раем, если б только господа не мешали. В деревне, дескать, и виноград слаще, и парни сильнее, и розги не так больно бьют. Энни бы, может, ей и поверила, если б сама в детстве не насмотрелась на этот рай вдоволь.

* * *

Осада длилась уже несколько дней. Вражеское войско больше не казалось Энни красивым – это было просто беспорядочное, шумное нагромождение людей, лошадей, палаток, повозок. Несколько раз “белые” пытались штурмовать замок, лезли на стены по деревянным лестницам, но каждый раз их атаки отбивали без особого труда.

Как-то раз с утра Энни зашла прибраться в замковую часовню. Она думала, что в этот час в маленьком храме будет пусто, но там уже была Тали. Черноволосая служаночка приносила жертву Тианут - богине войны и боли, смерти и перерождения, покровительнице рыцарства и всех воинов.

Люди не зря почитают Тианут – эта богиня жестока, но и по-своему милостива. Она посылает победу в битвах, она помогает душам умерших возродиться к следующей жизни, она же навсегда прекращает любые мучения и кладёт предел всякому злу.

Богиня – нагая крылатая дева с мечами в обеих руках, в ожерелье из человеческих черепов, изгибающаяся в вечном танце - была изваяна из чёрного мрамора столь искусно, что казалась живой. Её глаза сверкали горным хрусталём, мечи были настоящими, из лучшей стали, а черепа на шее вырезаны из слоновой кости. Перед ней стояла на коленях обнажённая Тали и истово охаживала себя многохвостой плетью. Она занималась этим уже давно – спина девушки была вся в крови. А ведь Тали всегда так боялась боли !

- Избавительница, Освободительница, Изгоняющая зло ! – шептала служанка, - Пошли им победу. Прошу тебя, пошли им победу, а нам – избавление !

- Молилась за удачу наших воинов ? – спросила её Энни, дождавшись, пока подружка закончит обряд и оденется.

- Конечно ! – ответила Тали, почему-то покраснев. – Ты же знаешь, что сделают белые, если захватят замок. Мужчин перебьют, а нас всех хорошо, если просто изнасилуют !

- Не бойся. Им здесь ничего не светит. Господин говорит, что замок неприступен.

* * *

Замок действительно был неприступен. Но среди слуг нашлись предатели, которые однажды ночью открыли ворота, и грозная крепость пала безо всякого штурма. Всех, кто попытался оказать сопротивление, перебили. Головы лорда, старшей госпожи и обоих сотников насадили на колья и выставили на стене.

Мятежники грабили замок. Звенело серебро из господских сундуков, рекой лилось десятилетнее вино из погребов, на жаровни щедро сыпалась сушёная конопля. Крестьяне из окрестных сёл плясали вокруг огромного костра, в котором горели долговые расписки, закладные грамоты, а заодно и все бумаги, которые подвернулись им под руку, включая книги. Всех более-менее симпатичных женщин согнали в замковый двор. Молодую госпожу раздели донага, привязали к столбу, у которого прежде не раз пороли Энни и других служанок, и хлестали в два кнута.

С Энни сорвали всю одежду. В землю вбили четыре колышка, девчонку бросили на спину и привязали к ним за широко раздвинутые руки и ноги. Дыша перегаром и луком, на неё навалился первый из бунтовщиков… Рядом точно так же разложили Тали.

- Эй, меня-то за что ?! – вопила та, вырываясь, - Это же я…

- Всыпьте этой дуре плетей, чтоб не выступала ! – прорычал один из бунтовщиков, шатен с носом, похожим на утиный клюв и многодневной щетиной на щеках. Растянутой лицом вверх Тали заткнули рот чьей-то набедренной повязкой и принялись лупить прямо по груди, по животу, по распяленной промежности.

Энни не знала, сколько мужчин прошло через неё в следующие часы. Она думала, что так и умрёт, распятая в пыли замкового двора. Но и в этот раз боги сжалились и послали ей на помощь рыцаря.

Рыцарь был не совсем правильный – да и откуда среди бунтовщиков найдётся другой ? Он был толст, кряжист, с залысинами на лбу. Его лицо заросло рыжей бородой, короткая толстая коса растрепалась. Тем не менее, это был настоящий рыцарь. На нём был доспех, крытый тонкой красной кожей, на плечах - белый плащ, скрепленный золотой заколкой-фибулой.

- Лорд Табитар ! – раздались восторженные голоса.

- Кончились лорды, - добродушно проворчал рыцарь, тяжело слезая с белого жеребца. Несмотря на эти слова, было видно, что слышать обращение «лорд» ему приятно. Рыцарь сильно хромал, при ходьбе он был вынужден опираться на копьё. – Что за бардак ты здесь развёл, Тибо ?

- Брат воевода ! – поправился человек-утка, который приказал выпороть Тали, – Вот, господских подстилок используем по назначению.

- Что ещё за «по назначению» ? Мы – Воинство Света. Мы не воюем с простыми людьми.

- Но ведь служить насильникам из замков – грех, брат воевода. Забавляли господ – пусть теперь позабавят наших братьев.

- Хорошо сказал, Тибо ! Пусть позабавят… до утра. Потом отпустите. А вот эту, грудастенькую, отмойте как следует и отведите ко мне в шатёр.

Так Энни стала наложницей главаря бунтовщиков. Война подхватила её, закружила и понесла, как водопад сухую щепку. Эх, выплыть бы теперь ! Щепки ведь не тонут…

* * *

Энни понравилась хромому Табитару, и рыцарь оставил смазливую девушку себе. Сначала на недельку, потом ещё на одну, а потом и совсем. Теперь Энни больше не надо было работать. Она одевалась в шелка и бархат, носила золотые серьги и ожерелья – понятное дело, награбленные. А что толку ? Как она всю жизнь была говорящей игрушкой, так ей и осталась. Она ощущала себя птицей в золотой клетке, и эта клетка давила на неё намного сильнее, чем прежнее рабство в замке.

Энни по-прежнему считала себя не участницей восстания, а пленницей. Цели мятежников были ей непонятны, средства отвратительны, а сами они… В каждом из этих грубых мужиков, вооружённых разогнутыми косами и окованными железом цепами, ей виделся давно забытый отчим.

Восставшие называли себя Воинством Света, но несли тьму и разрушение. Они носили белые одежды, но дела их были черны. Всюду на их пути горели замки и усадьбы, летели с плеч головы дворян, визжали изнасилованные девушки. Сердце Энни разрывалось при виде всех этих ужасов.

Уж лучше б ей остаться простой служанкой в замке, чем быть наложницей вожака этих чудовищ ! Энни пыталась лаской и уговорами смягчить суровый нрав Табитара, но всё было бесполезно. Бывшая рабыня ублажала нового господина, как могла, танцевала для него обнажённой, покорно принимала плеть – как и её прежний лорд, Табитар любил отхлестать девчонку перед тем, как заняться с ней любовью. Энни и сама получала удовольствие вместе с ним – что ни говори, а воевода был хорош в постели. Но по ночам ей снова стал сниться спаситель на белом коне. Смешно ! Ведь она и так уже делила ложе с рыцарем, который её выручил.

* * *

Тали она так больше никогда и не увидела, и что с ней сталось, не знала. А вот с младшей госпожой как-то встретилась.

Однажды утром в село, где остановился Табитар со свитой, въехала простая крестьянская телега. В ней на охапке соломы сидели двое вооружённых мятежников. А вслед за телегой шла голая, грязная, растрёпанная темноволосая девушка. Её босые ноги были сбиты в кровь, всё тело покрыто следами кнута – старыми и свежими, руки связаны за спиной. В проколотые соски продеты медные колечки, сквозь них пропущена тонкая верёвка. Другим концом верёвка крепилась к заднему борту телеги. Привязанной за грудь пленнице приходилось идти очень быстро, поспевая за лошадью. Иногда возница подгонял лошадь, девушка вскрикивала от боли в резко оттянувшихся соках и переходила на бег.

Телега остановилась на сельской площади. Девчонку отвязали и освободили ей руки. Она бессильно рухнула в пыль и принялась массировать измученные груди. На площади собрали всех жителей села. Много времени для этого не потребовалось – ведь сейчас здесь был сам воевода, и многие не вышли в поле, чтобы посмотреть на него и его свиту.

Девушка встала, широко раздвинула ноги и заложила руки за голову.

- Я Айри тол-Фар, считавшая себя госпожой, - заученно заговорила она. – Веками мои предки ели ваш хлеб, били вас плетьми, насиловали ваших женщин. Теперь я искупаю их и свои грехи. Меня голую водят по деревням, в каждом селе бьют кнутом, а потом я отдаюсь всем желающим. И так будет до конца моей жалкой жизни. Прошу вас, бейте меня сильнее ! Не жалейте, я заслужила каждый удар.

Слова она произносила безо всяких эмоций и двигалась, как заводная кукла или как оживший мертвец.

Сопровождавшие пленницу воины вооружились пастушескими кнутами и встали с двух сторон от неё. Под одобрительный гогот толпы Айри медленно поворачивалась вокруг своей оси, давая рассмотреть своё тело со всех сторон и подставляя его под удары. Палачи знали своё дело – удары равномерно ложились на грудь и спину, бока и ягодицы, руки и ноги, живот и промежность несчастной. За всё это время она не издала ни крика, ни стона, лишь изредка всхлипывала. Получив ударов пятьдесят, Айри, по-прежнему не сдвигая бёдер, опустилась на колени и поцеловала обоим своим мучителям ноги, обутые в деревянные крестьянские сандалии.

- Спасибо за то, что наказали меня. – всё тем же мёртвым голосом сказала бывшая леди, - Я заслужила наказание. Таких, как я, нужно бить кнутом каждый день.

Она выпрямила спину, заложила руки за спину и обратилась к собравшимся крестьянам, распалённым её мучениями :

- Я буду рада доставить удовольствие каждому из вас. Можете делать со мной всё, что хотите. Все мои грязные дырки открыты для вас. Если кто-то считает, что я получила мало кнута, может добавить. Всё равно вам не удастся сделать мне больнее, чем всю жизнь делали вам господа.

- Только не калечить ! – добавил охранник, - Помните о своих братьях. Этой суке после вас ещё многих обслуживать !

Через несколько часов, когда бывшую госпожу наконец оставили в покое, Энни подошла к ней. Леди, окровавленная, с ног до головы забрызганная спермой, сидела на голой земле, привалившись к стене. Она не плакала – разучилась. К ней подошла бывшая служанка – в нарядном шёлковом платье, с ажурным золотым ожерельем на шее.

- Что они с вами сделали, госпожа ! Зверьё, проклятое зверьё ! Но я спасу вас, клянусь ! Я сплю с самим Табитаром, я попрошу его…

- Спасибо, моя верная Энни. Но не стоит бросаться клятвами. У тебя ничего не получится. Только на себя гнев навлечёшь.

- А может, подкупить стражу ? Отдать им, к примеру, вот эту цепь – пусть скажут, что вы умерли ?

- Бесполезно. Всё бесполезно. Это же мужичьё, им неведома честь. Они возьмут твоё золото и ничего не сделают взамен. Позаботься лучше о себе, Энни.

* * *

В этот вечер Энни была ненасытна. Она сама подала Табитару плеть :

- Сегодня я хочу, чтоб ты высек меня. Бей сильнее, как ту девку на площади !

Воевода был приятно удивлён. Энни всегда принимала порку с покорностью, но ещё ни разу не просила об этом сама. А сегодня её как будто подменили ! Голая девчонка бесстыдно извивалась под плетью, сладострастно стонала, грубо ласкала свою большую грудь, просила бить её ещё и ещё. Потом опрокинула своего любовника на спину и без устали скакала на нём, как на коне, надеваясь на его копьё то одной, то другой своей дырочкой. Когда он проливался в неё, поднимала его жезл ртом и вновь начинала скачку.

Когда обессиленный Табитар уже не мог продолжать, Энни легла рядом и, лаская его изувеченное в давней битве колено, попросила :

- Эта несчастная, которую сегодня выпороли на площади и отдали братьям, когда-то была моей госпожой. Поверь, она не заслужила такой судьбы. Айри - милая и добрая девочка, которая никогда никому не делала зла. Отпусти её, прошу тебя !

- Я не могу отпустить её даже ради тебя. С пленницами из дворян обращаются и будут обращаться именно так. Хотя за каждую из них найдётся, кому попросить.

- Но Табитар, ты же сам дворянин ! Ты рыцарь ! И ты сам всегда говорил, что мы – не насильники, а Воинство Света. Разве нам пристало воевать с беззащитными девчонками и мстить им, да ещё так страшно ?

- Энни, это война, а законы войны жестоки. То, что ты видела - не месть. Это урок владельцам других замков. Я предлагал твоим господам сдаться по-хорошему. Они не стали со мной даже разговаривать. Пусть теперь пеняют на себя.

Потом Энни ещё много раз просила за бывшую госпожу, но всё было бесполезно. В конце концов, леди всё-таки то ли сбежала, то ли её отбили королевские войска.

* * *

С каждым днём, с каждым взятым замком и городом, Воинство Света росло как снежный ком. Подобно лавине, оно приближалось к столице, сметая на своём пути королевские отряды и баронские дружины. Энни не знала, сколько народу собралось под белыми знамёнами, их уже никто не считал. Но здесь были многие тысячи. Теперь у крестьянской армии было и много настоящего оружия, и осадные машины. В её ряды вливались ополчения восставших городов, отряды привлечённых добычей наёмников, присоединялся даже кое-кто из рыцарей.

Табитара всё чаще в открытую называли лордом, и он всё реже против этого возражал. Вожди восстания вовсю делили графства и должности при будущем королевском дворе. Хромой воевода в этих спорах не участвовал. «Сначала надо победить. Тогда всё наше будет», - говорил он.

К концу осени мятежники увидели дымы над трубами столицы. Здесь их встретило войско королевы.

- Мы должны победить, братья, – сказал рыжий Табитар своим людям перед битвой. - Выстоим – завтра столица будет наша. А нет – тогда лучше б нам всем на свет не рождаться.

Верного Тибо воевода оставил в лагере. «За Энни отвечаешь головой», - сказал он. - «Пусть небо упадёт на землю, но она должна остаться жива и невредима». А самой Энни только шепнул : «Дождись меня. Я люблю тебя». Впервые в жизни.

* * *

Табитар и подобные ему примкнувшие к восстанию воины сделали невозможное. Они сумели за неполный год выучить вчерашних крестьян не хуже, чем королевских наёмников. Далеко не всех, конечно. Но несколько тысяч подготовленной и хорошо вооружённой пехоты составляли ядро Воинства Света.

В мире нет конницы лучше, чем рыцарская. Ни регулярная кавалерия Империи, ни кочевники, с рождения живущие в седле, не могут с ней сравниться. Но стойкая пехота, вооружённая длинными пиками, способна остановить и рыцарей. Даже обученные рыцарские кони на сплошной частокол копий не пойдут, как их ни понукай. Поэтому пока пехота держит строй, она непобедима. Но как только строй сломан – пешие, сколько бы их ни было, становятся лёгкой добычей всадников.

Восемь раз рыцари налетали на строй повстанцев, и восемь раз их атаки разбивались о медленно ползущую вперёд стену щитов и копий. Валились в грязь кони и всадники под градом арбалетных стрел, грозно торчали пики, мерно поднимались и опускались, сминая доспехи, окованные железом крестьянские цепы. Но на девятый раз, измотанная нескончаемым обстрелом конных лучников, пехота в белых балахонах не выдержала. Единое грозное и почти неуязвимое существо – стена щитов – распалось на несколько тысяч отдельных, смертельно уставших и напуганных, людей. С этого момента Воинство Света было обречено.


Изображение

* * *

- Конец, - сказал Тибо. – Наши бегут. Пора и нам уносить ноги, пока не поздно.

- Никуда я не побегу ! – Энни упёрла руки в бока.

- Дура ! Ждёшь лорда ? Да ему сейчас вовсе не до тебя ! Если он ещё не сбежал и не убит, к вечеру его голова будет торчать на копье.

- Я останусь здесь.

- Да и хрен с тобой. – Тибо нахлобучил шлем и вышел из шатра.

Энни не собиралась бегать по лесам с остатками войска бунтовщиков, пока её не изловят и не подвесят на крест. И она ждала вовсе не возвращения Табитара. Она ждала воинов королевы. Мятежом и мятежниками Энни была сыта по горло. Она надеялась пристать к какому-нибудь рыцарю и вернуться к жизни служанки. Девушка была готова даже к тому, что до этого победители, как водится, снова её изнасилуют.

Но ведь если в ней заподозрят важную птицу в войске белых – убьют, не разбираясь. Поэтому Энни сняла шёлковый наряд, башмачки тиснёной кожи с золотыми пряжками и дорогие украшения. Она переоделась в поношенное зелёное платье, надела на ногу простой медный браслет, какие носят крестьянки. Потом присела на волчью шкуру у очага и стала ждать.

Когда снаружи донеслись крики, топот коней и лязг железа, Энни покинула роскошный шатёр воеводы. Снаружи шёл снег, грязь прибило морозцем. Надо было надеть что-нибудь потеплее, но подходящей зимней одежды ей под руку не подвернулось. Не встречать же королевских воинов в собольей шубке ! Впрочем, холода Энни почти не чувствовала. Душа девушки пела : свобода ! Наконец-то её плену пришёл конец !

В лагере творился настоящий ад. Между рушащихся шатров носились всадники на взмыленных конях, метались пешие. Повстанцы, ещё вчера такие гордые и уверенные в себе, теперь вели себя как куры в горящем сарае. Кто-то бежал, кто-то пытался отбиваться – бесполезно ! Один за другим они валились в растоптанный копытами снег.

Прямо на Энни откуда-то выскочил растрёпанный человек в сером кафтане грубого сукна, с пустыми ножнами на поясе. Его нагнал всадник на буланом коне и в белой накидке поверх доспехов. Сверкнул длинный меч, лохматая голова беглеца покатилась в грязь. Всадник остановился. Из-за белой одежды Энни поначалу приняла его за мятежника. Но нет, это был не “белый” – те шьют свои балахоны из простого льна, а на всаднике был шёлк. И на груди был вышит незнакомый герб. Перед ней был королевский воин, и не какой-нибудь там наёмник, а настоящий рыцарь. Да не из последних ! На тонкой талии – пояс с узорными бляшками чистого золота, на шее тяжёлая цепь, на голове шлем с золотой насечкой и красными лентами.

Рыцарь соскочил с коня. Он чуть не шатался от усталости, смуглое лицо стало серым, как у больного. Он был совсем молод, не старше Энни, строен и очень красив. Из-под козырька шлема блестели живые тёмно-серые глаза, обрамлённые густыми чёрными ресницами. Прекрасные глаза ! Сколько раз Энни видела их в снах !

Мечта сбылась. Все несчастья кончились. Вот он, её герой ! Он спас Энни от злодеев, и теперь, ясное дело, возьмёт её… ну не замуж, конечно, но пусть хоть в наложницы. А уж она постарается угодить такому господину ! И они будут жить вместе долго и счастливо. До самой смерти.

- Как называть вас, доблестный воин ? – спросила Энни.

- Айтар, - ответил прекрасный рыцарь. - Меня зовут Айтар тол-Арето.
Последний раз редактировалось wolsung 18 июн 2013, 12:35, всего редактировалось 5 раз(а).
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение Марк » 04 сен 2012, 22:53

Очень хорошо! Когда будет законченное произведение, с удовольствием выложу на сайте.
С садистским приветом, Марк Десадов
Аватар пользователя
Марк
Демиург
Демиург
 
Сообщений: 958
Зарегистрирован: 01 июл 2009, 19:16
Откуда: Москва
Пол: мужской
Роль в BDSM: Верхний

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение DKGClubAdmin » 11 сен 2012, 01:06

Мне вобщем-то понравилось. Хороший русскийязык, особенно порадовал, автору - респект и особая уважуха именно за это. Чуть примитивный и прямолинейный сюжет, но по большому счёту - это я уже придираюсь. В общем - здорово! Спасибо автору за удовольствие от чтения.
DKGClubAdmin
Преподаватель BDSM
Преподаватель BDSM
 
Сообщений: 104
Зарегистрирован: 16 июн 2010, 17:49
Откуда: Оттуда
Пол: мужской
Роль в BDSM: Свитч

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение wolsung » 24 янв 2017, 08:30

Текст приведён в соответствие с действующим законодательством. (оригинал написан давно, когда правила были мягче).

По средневековым меркам, 18-19 лет – это уже взрослая женщина, которой давно пора быть замужем и своих детей иметь…
Но будем законопослушны. :angel:
wolsung
Профессор BDSM
Профессор BDSM
 
Сообщений: 1517
Зарегистрирован: 27 июл 2009, 08:43
Пол: мужской
Роль в BDSM: Еще не знаю

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение Марк » 24 янв 2017, 12:56

wolsung писал(а):Текст приведён в соответствие с действующим законодательством. (оригинал написан давно, когда правила были мягче).

По средневековым меркам, 18-19 лет – это уже взрослая женщина, которой давно пора быть замужем и своих детей иметь…
Но будем законопослушны. :angel:

Я-то надеялся, что ты дописал повесть, и ее можно взять на публикацию...
С садистским приветом, Марк Десадов
Аватар пользователя
Марк
Демиург
Демиург
 
Сообщений: 958
Зарегистрирован: 01 июл 2009, 19:16
Откуда: Москва
Пол: мужской
Роль в BDSM: Верхний

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение O-KREST » 18 апр 2017, 15:44

Классная вещь! Сразу захватывает. И образы героев, и места действия хорошо описаны... Странно, что раньше это произведение не замечал здесь. Жаль, что не дописано автором. Ну, будем считать это резервом на очередную "Нику" ;)
"И не леса мне видятся окрест, а лес крестов в окрестностях..." И ближе...
Аватар пользователя
O-KREST
Преподаватель BDSM
Преподаватель BDSM
 
Сообщений: 142
Зарегистрирован: 15 мар 2010, 13:55
Пол: мужской
Роль в BDSM: Верхний

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение Марк » 18 апр 2017, 16:24

O-KREST писал(а):Жаль, что не дописано автором. Ну, будем считать это резервом на очередную "Нику" ;)

Угу. Если Лиса когда-нибудь будет дописана, что сомнительно.
С садистским приветом, Марк Десадов
Аватар пользователя
Марк
Демиург
Демиург
 
Сообщений: 958
Зарегистрирован: 01 июл 2009, 19:16
Откуда: Москва
Пол: мужской
Роль в BDSM: Верхний

Re: Повесть о Бешеной Лисе

Новое сообщение DNemo » 18 апр 2017, 23:07

очень понравилось. Ждем продолжение)
DNemo
Детсадовец
Детсадовец
 
Сообщений: 4
Зарегистрирован: 30 июн 2013, 20:32
Пол: мужской
Роль в BDSM: Верхний

След.

Вернуться в Эксклюзивка

Кто сейчас на форуме

Сейчас этот форум просматривают: wolsung и гости: 8

HotLog